Зарядил однажды с утреца один мужичок, у нас на поселке, самогонный аппарат. Процесс пошел. Вкусняшка, капля по капле, наполняет тару, радуя сердце и взор кулинара. Только что-то заскучал наш Менделеев, наблюдая за ходом дистилляции. Дай, думает, ещё одно Богоугодное дело сделаю. Сдам ка я пушнину. Благо бутылок скопилось, полная сумка. И не особо то так одеваясь (лето, жара) двинул Вовчик ноги до поселкового магазина. А там менты с утра хороводы хороводят, поскольку в эту ночь подломил кто-то нехороший местную торговую точку. И вынес, в том числе, несколько ящиков водяры, аккурат такой же, какими бутылками была забита сумка неудавшегося сдатчика. Вову сразу под белы рученьки: - А пройдемте, гражданин, для осмотра вашего жилища, на предмет - Нет ли там вещей с убийства Ларисы Груздевой? Никакие взывания к разуму и мало мальской логике: - Ведь укради он эти бутылки сегодняшней ночью и выпей их, он на ногах бы не стоял. А он трезв как стекло. Да и водочный дух из его тары давно выветрился. - отклика у милицейских чинов не возымел. На все его аргументы было только: Пройдёмте... Пройдёмте, гражданин... Пришлось вести лейтенанта. Ведет, а самого тоска заедает. Ведь даже если не примут его за самогоноварение, то штраф - как пить дать, и конфискация родного аппарата. И тут в голову Вовчика приходит спасительная мысль: тётя Нюра, одинокая соседка через два дома, сегодня в утреннюю смену, а ключ у неё всегда под крылечком на гвоздике. Ну и провел экскурсию лейтенанту по соседским апартАментам. Тот, удовлетворившись результатом, удалился, а у Вовы долго ещё хвост дрожал: ведь фамилию и номер дома опер у себя в блокнотике черканул, и, выплыви обман наружу, у следствия могли возникнуть ВОПРОСИКИ.