Когда говорят о репродуктивном насилии, чаще всего говорят о женщине, на которую давили и давили "когда же", "часики тикают" и прочее. Реже о ребенке, который оказался не нужен. А вот Данила считает, что с репродуктивным насилием встретился лично он.
15 лет назад Данила в возрасте 30 лет женился на Маше. Маша была немного моложе его.
Данила считался завидным женихом: с квартирой, машиной, без детей и прошлых браков, с хорошей должностью в государственной компании. Уверенный в себе, целеустремлённый, элегантный, не жадина. У Данилы было высшее образование, второе высшее он получал в тот момент заочно. Из недостатков самым серьезным было увлечение дайвингом. Дайвинг - это дорого. А ещё требует серьезных временных затрат.
Маша работала секретарем в той же компании, что и Данила. С высшем образованием. Молоденькая худенькая брюнетка. Таких радужных перспектив, как у Данилы у нее не было, но все равно были. И она твердо была намерена их реализовать.
Данила с самого начала отношений четко обозначил свою позицию: Я не хочу заводить детей. Никогда. Ни сейчас, ни через двадцать лет. На тот момент Маше дети тоже были не нужны. Совсем. Она планировала получить второе высшее и занять определенную должность в организации. И декрет в ее планы не входил.
Так они прожили счастливо лет десять. Они много работали. Успели побывать во многих странах. У каждого машина. Хорошие должности. Достойная зарплата. Интересная работа. Общая большая квартира. Хороший финансовый задел "на старость".
А потом Маша решила, что ей нужен ребенок. Сначала она начала мягко продавливать мужа. Она постоянно рассказывала о своей племяннице, таскала его в гости к сестре, предлагала фильмы с розовощекими младенцами.
- Почему бы и нам не родить малыша? - наконец сказала Маша, убедившись, что мягкие способы не работают.
- Потому что я ещё до свадьбы сказал, что не хочу детей.
- Прошло столько лет. Можно и пересмотреть свои позиции. Я поняла, что готова стать матерью.
- Нет. Можем развестись и становись матерью. Становиться отцом я не готов.
- У нас есть все возможности.
- У меня нет желания.
На этом разговор был закончен. Маша ещё раз несколько возвращалась к этой теме, но Данила был непоколебим.
Чувствуя, что Маша пытается продавить его, Данила стал осторожнее, постоянно контролировал интимные отношения, серьезно задумался о вазэктомии. А ещё из отношений исчезли легкость, открытость.
- Мужики всегда боятся всего нового, - сказала Маше сестра. - Вот увидишь, если родится малыш, он влюбится в него с первого взгляда.
И Маше решилась. Не с первой попытки, но у нее получилось.
- Я даже не знаю, как так получилось, - сказала Маша мужу. - И срок уже 13 недель.
- Случайность, - сказал Данила, - Я поверил.
И в тот же день переехал жить в соседнюю комнату. Отношения стали соседскими. Никакой романтики. Ни обнимашек. Ни совместных вечером. Ни праздников.
"Вот родится малыш, и все изменится. Он поймет , какое счастье - ребенок", - думала Маша.
Но Данила не понял. Он так и не проникся тёплыми чувствами к малышу. Ни разу не взял на руки. Ни разу не согласился посидеть или погулять с сыном.
- Я сразу говорил, что ребенок мне не нужен, - сказал Маше Данила примерно в 8 месяцев сына на ее претензии, - Я чётко обозначил свою позицию. Ты решила, что имеешь права распоряжаться моей жизнью, можешь навязать мне свое решение. Нет. Не можешь...
Да, он тратит на него деньги, но по минимуму, без желания. Он не тратит на него своих сил ни душевных, ни физических. Жизнь Данилы из-за рождения сына не изменилась практически совсем. Он также ездит погружаться, встречается с друзьями (правда, раньше они встречались вместе с Машей, а сейчас встречается он один), работает, отдыхает. На все просьбы и претензии Маши он отвечает:
- Ты хотела этого ребенка? Ты его получила? Наслаждайся. Я-то тут причем? Мне он не нужен, я об этом сразу говорил.
А Маше обидно:
- Это наш общий сын. И он должен заниматься с ним, как отец. Да, он не хотел, но сын-то уже родился, поздно его хотеть или не хотеть. Надо заниматься. А он устраняется и делать вид, что ребенка в его жизни нет. Вот как все это изменить?