Ханька сошел с ума, он у нас и так был не самый уравновешенный, а тут совсем с катушек слетел. Носится как бешеный, через голову перекувыркивается, на четырех лапках подпрыгивает, гавкает. Это он так из-за последней маминой покупки перевозбудился.
Дело было так: к нам в квартиру пыхтя ввалились два здоровенных дяденьки, они тащили с собой что-то очень большое и тяжелое. Нам, конечно, сразу стало любопытно и мы побежали знакомиться.
Дяденьки принялись распаковывать огромные коробки, громко хрустя картоном. Становилось все интереснее и интереснее, внутри было что-то запаковано в плотную пленку. Я просто сгорал от любопытства, но не смел подходить. Ханька же лез дядькам под руки и совался носом внутрь. Мама оттаскивала его, но он вывертывался и снова упрямо пробирался к таинственным ящикам.
Наконец, из коробок были извлечены новые вкусно пахнущие детали какой-то конструкции. Я не сразу сообразил, что это такое. Какие-то подушки, спинки, сиденья. Но наши мастера - сборщики недолго думая, ловко все детали собрали в красивый диван.
Ура! Вот нам с Ханькой повезло! Вот как нас родители любят! Конечно, это для нас купили, чтобы играть было весело! У нас даже сомнений никаких не возникло.
Ведь старый диван мы уже весь изгрызли. Теперь за новый примемся!
Вон он какой огромный, работы непочатый край, не на один месяц хватит. Ханька от таких перспектив сразу в раж вошел и, как только дверь за дяденьками закрылась, и мама его наконец из рук выпустила, он тут же за дело принялся. Начал скакать, на диван нападать, кусать его за разные бока. Попытался стащить подушки на пол и принялся отгрызать подлокотник. Веселье началось!
Но вдруг, совершенно неожиданно, мама испортила нам наше радужное настроение. Она Ханьку опять поймала и строго-настрого приказала диван не трогать и ничего от него не откусывать, ещё и пригрозила, что по попе надаёт. Да как так-то? Тут даже и я в замешательство пришел, а не только Ханька. Для чего же тогда диван купили, если не для игр?
Мы ведь уже представили, как мы с диваном расправимся, клочки во все стороны полетят, только рожки да ножки от него останутся! Это же так здорово фантазировать, что диван - это вовсе не диван, а большой дикий зверь и мы на него храбро нападаем и, конечно, побеждаем!
И как теперь быть? На кого нам нападать? Старый диван, пусть уже и тысячу раз побежденный, но ещё вполне пригодный для игр, эти же дядьки с собой утащили. Получается, что мы теперь ни с чем остались? Ну уж нет, так дело не пойдет! Отпустите нас тогда на охоту или нам сюда льва ведите, чтобы мы с ним могли в честном бою сразиться. Басенджи мы или не басенджи?! За кого нас тут принимают?! За ленивых бездельников?!
Возмущению нашему не было предела. Я попытался рассказать маме о том, как нам важно охотиться и в атаку ходить, но она меня не поняла.
Вы только представьте, мама дала нам игрушечную морковку. «Вот вам – говорит – играйте на здоровье!»
Морковку! Вместо льва!
Я был потрясен, обижен и даже разговаривать с ней не захотел. Ханька же вообще ничего не понял. Он не понял почему я ушел на коврик в свой угол, почему мы не веселимся, почему мама сердится.
Он у нас немного тугодум и не сразу сообразил, что игра закончилась даже не начавшись. Ханька еще немного повырывался у мамы из рук, потом притих, удивленно понюхал бесполезную морковку, тоже загрустил и пришел лежать со мной в уголок.
Мама догадалась, что перегнула палку со своим воспитанием и лишила нас радости. Она подошла, предложила помириться и пойти вместе на прогулку. Мы быстро собрались и пошли. На площадке мы встретили наших друзей Олафа и Оливку. Они прикольные и братик Лёша у них очень смешной. Мы там здорово носились, нападали друг на друга, играли в догонялки. Мама бегала вместе с нами и мы её, конечно, простили.
Когда мы возвращались, мама объяснила нам почему не следует портить диван. Она сказала, что если мы все разорвем, то у нас дома будет один бардак, а красоты не станет.
Мы договорились, что буйные игры у нас теперь только на улице. Ну что ж, так тоже можно, чего же ссориться из-за какого-то дивана?
А диван нам все-таки понравился и пригодился. Мы на нам вечером лежим. Он большой, мы там все вместе хорошо помещаемся. Это куда лучше, чем одному в углу сидеть и обижаться.
