Зрелость

Время шло, на моем кузове потихоньку стали появляться маленькие рыжики первого признака старения – ржавчины. Однако, хорошо завод тогда красил машины, я же ведь из первых партий, у меня даже люк в крыше есть и он все еще работает, хоть и не много протекает при сильном ливне.

Хозяин потихоньку на мне катался и ремонтировал мелкие неисправности. Однажды, он решил перебрать передние кулаки. Ну что ж, дело хорошее, тем более что дорогу я стал держать как то не уверенно, немного болтались передние колеса. Вывесив передний мост на домкратах и открутив болты, он снял кулаки в сборе. Разборка показала, что шаровые опоры уже потеряли все признаки жизни. Промыв детали в бензине, хозяин уехал в город за запчастями. Через неделю, в выходные смотрю пришел, стал возиться, достал сварочный аппарат, болгарку и что то там мудрил. Мне аж страшно стало, что же он такое делает? Оказалось, вместо шаровых опор он установил роликовые подшипники. Ну что же, посмотрим. Закрутил все это дело на мосту, навесил колеса, покачал их руками. По выражению лица я понял, что все хорошо. Руль крутился отлично, все-таки новые детали есть новые детали. Жизнь потекла дальше, новыми дорогами и бездорожьем.

Далее в моей жизни наступил печальный период. Хозяин больше не приходил, я ждал, а его нет и нет. В какой то момент подъехала служебная машина, из нее вышли люди в белых халатах и исчезли в доме. Скоро они направились обратно в машину вместе с моим хозяином. Говорят, что люди тоже ломаются, их как и нас увозят в автосервис, где меняют какие то детали, и как-то лечат. Я ждал… Прошло несколько месяцев, мой кузов покрылся пылью и опавшими листьями, наступила осень. Только теперь я понял, что мой хозяин больше ко мне никогда не вернется. Я вспоминал нашу первую встречу, как проснувшись ощутил тепло его рук по кузову, как он меня гладил… Там в человеческом автосервисе наверно, что-то пошло не так. Не ужели хозяин не справился или механик допустил роковую ошибку? Этот вопрос долго не давал мне покоя и мешал спать ночами. Грусть и тоска наводила на нехорошие мысли, а я ведь еще так молод, мне только девять лет, я в самом расцвете сил.

Когда наступила зима ко мне пришел сын хозяина с каким-то мужичком. Стали открывать двери, залезли под капот и под брюхо. Что они снова ищут? Невольно вспомнилось детство, когда меня также рассматривали на заводской стоянке перед отправкой в Пензу. Неужели меня продают? Так оно и вышло, через пару дней мой новый хозяин забрал меня со двора. Тяжело было завести мотор, я долго стоял. Пришлось подкачивать шины, доливать жидкости. У меня внезапно потек радиатор и пару патрубков. По дороге я не грелся, заклинил термостат. И вот мы у нового дома.

Ничем не примечательная стоянка во дворе жилого пятиэтажного дома. Рядом много иностранцев, но есть и мои земляки. Новый хозяин был не такой, я долго брыкался и не давался ему. Все-таки тяжело, полюбить снова, а может и не возможно вовсе, но нам все же удалось найти общий язык. Хорошо, хоть денег не жалел. Кормил прекрасно, но в технике разбирался слабо. Термостат заменил, что-то там по мелочи еще. Купил новые колеса вместе с дисками. Ох и до чего же хороши были колесики. Легкие из алюминиевого сплава диски, иностранная резина, сказка, а не колеса.

Ездили мы много, в основном по городу и на выходных по грязюке. Хозяин любил поесть сосисок на природе. На сидения надел какие-то чехлы, чтобы наверно не пачкать. Но время берет свое, я начал потихоньку ломаться, здоровье уже не то, хоть и пробег был не большой порядка шестидесяти тысяч километров. То одно, то другое. Хозяин ругался на меня, но я его всегда довозил до дома, на дороге не бросил ни разу.

Прошло время, мы стали редко ездить по городу и на природу, я все больше стоял и ждал чего сам не понимая. Как оказалось в будущем, хозяин устал от меня, накатался, его не устаивал мой аппетит и тот комфорт, что был у меня в салоне. Что же я могу поделать, таким меня создали на заводе. Пару раз хозяин подходил ко мне с какими-то мужиками, снова открывали двери и капот, мне все стало понятно. Это уже было, снова продают. Что я чувствовал внутри? Снова боль, снова страх будущего, а вернее той неопределенности, что ждет впереди. Кто будет следующий владелец, что он со мной сделает? Я понимал, что мне 10 лет, это возраст, когда решается судьба. Самое страшное это если продадут по программе утилизации. Даже думать об этом не хочется, что может все оборваться. Какой кошмар, я дожил до того времени, когда стал бояться расстаться с жизнью на свалке металлолома. Из меня сделают иголки! Все, соберись тряпка, может обойдется, жизнь продолжается, все будет хорошо.