Жека снова вернулся в свою комнату и остался наедине со своими гантелями, боксёрским
мешком и книгами.
Что делать дальше он не знал, он понимал, что надо поступать в институт, но в политех, куда
его брали без экзамена, он поступать не хотел, а куда он хотел, он и сам не знал.
До окончания трёх месяцев в продолжительности которых он мог не работать, оставалось всего
полтора месяца, а дальше надо было что-то решать.
Жека решил, что нужно привести себя в порядок, вернуть себе хотя бы часть той физической
силы, которой он обладал до армии, и продолжил тренировки.
Хорошо, что гантели, которые он выточил своими руками до армии, были наборными и с
замком, который позволял быстро менять вес.
И можно было перекинув все блины на один гриф пользоваться гантелей, как штангой.
Как всегда после первых успехов в наращивании мышц наступил момент стабилизации роста.
Жека знал эту закономерность, и поменял тактику тренировки.
Начал больше работать над ударной техникой, и это помогло пройти спад активности организма.
Вдруг неожиданно для Жеки зазвонил телефон и он услышал голос Любки.
Любка была его до армейская подружка. При чём подружка в прямом смысле слова, то есть
друг женского пола.
Они не переступали ту черту, которая делает друзей любовниками.
Любка была приезжая с Дальнего Востока, поэтому была с душой на распашку, и очень
удивлялась людям жившим всю жизнь в большом городе.
Она очень удивила Жеку своим описанием характера его земляков — Горожане, как красивая
конфета, развернёшь обёртку, а внутри гавно!
Жека всю жизнь прожил в своём городе, а дать такое точное описанию горожанам, так и не смог.
Он задумался именно после Любкиных слов о том, почему городская жизнь и городская дружба его не устраивала.
А вот приезжая Любка, свежим взглядом, безжалостно дала точное определение
городской жизни.
Любка написала Жеке за два года три или четыре письма, присылала свои фото, и писала о том,
что у неё появился любимый человек из её же группы в универе.
И вот Любка позвонила Жеке, так как поняла, что он должен был уже давно вернуться из армии.
Жека сказал, что уже полтора месяца, как на свободе, а не звонил, так как был очень занят.
Любка потребовала, чтобы Жека немедленно приехал на станцию метро «Центральная», от куда
она отвезёт его на свою новую квартиру.
Жека не очень хотел встречаться с Любкой, ведь он понимал, что детство прошло, и сохранить
дружбу между парнем и девушкой, тем более такой красавицей, как Любка будет не легко.
Но всё таки сел в метро и покатил на встречу.
Встретились в на платформе, Любка кинулась Жеке на шею и зацеловала его.
Они и раньше целовались и обнимались, но без задней мысли. Мало того, Жека и сейчас-то еле
набрал шестьдесят семь кило, а до армии он весил ровно шестьдесят, и Любка похожая на
Марину Влади, как близнец, могла его носить на руках, как ребёнка.
Это было смешно, так как она это делал прямо на центральной площади города, при этом вся
компания смеялась и веселилась.
Наобнимавшись, поехали к Любке домой, оказывается за эти два года Любка успела
фиктивно выйти замуж, и жила в огромной двухкомнатной квартире старинной постройки.
С ней теперь жила младшая сестра, и подруга из универа.
Отец Любки командир подводной лодки в отставке, платил за выкуп квартиры.
У бравого подводника было шестеро детей и все от разных женщин, и младшая сестра Любки
была от другой матери.
А Любка мечтала о том, чтобы собрать всех братьев и сестёр в одном месте и жить одной
семьёй.
Отец тоже был не против, но особых усилий к этому не прикладывал, хотя помогал всем, чем
мог.
Придя к Любке домой, Жека увидел её сестру шестнадцати лет, ученицу ПТУ, и её подругу
Светку.
Светка была выше Жеки на голову, но при этом была копией с картины «Русская Венера»
волосы она носила распущенные и они доставали ей до коленей.
Жека привёз с собой бутылку вина , а у Любки для встречи Жеки уже стояла бутылка водки и
несколько бутылок Жигулёвского.
Естественно Жека вино только пригубил, а выпить пришлось водки, и запить пивом, иначе сами
понимаете - «Деньги на ветер!»
Все весело смеялись, сестра конечно ничего не пила, так её считали маленькой, хотя Светке, как
выяснилось было всего семнадцать с половиной.
Люба училась на третьем курсе иняза, а Светка на первом курсе того же факультета.
Когда все уже крепко подвыпили, то уселись на диване перед телевизором, Жека посередине, а
по бокам Любка со Светкой.
Жека даже в мыслях не держал того, что девчонки имеют на него планы, и именно на
сегодняшнюю ночь.
Дело в том, что он был уверен, что между ним и Любкой не может быть ничего потому, что они
старые друзья, а со Светкой это было невозможно, потому, что она выше его и они не могут быть
парой.
По телеку шёл какой-то фильм, и Жека засмотрелся на несколько минут на экран.
И вдруг до Жеки доходит, что он не смотрит фильм, а гладит Светку по её роскошным волосам, а
она сидит в позе мартовской кошки, и ждёт продолжения.
Жека встрепенулся и посмотрел на Любку, та сидела в полном трауре, ревнуя свою подругу к
Жеке.
Жека вскочил и сказал - Мне нужно срочно ехать домой, я должен сделать укол бабушке, иначе
она умрёт.
Он выскочил в двери по дороге натягивая свою куртку.
Девчонки стоя в распахнутом дверном проёме махали Жеке в след.
Жека зашёл в метро и сидя в электричке думал о том, что произошло.
С одной стороны, он понимал, что чисто по солдатски, надо было всыпать перца Светке, ну или
Любке, но он не мог себя заставить этого сделать.
Настя так окружила Жеку своей аурой, что он чувствовал её не прекращая.
Он был полностью одет в вещи, которые для него сшила Настя своими руками,
Он всё время чувствовал тепло от этих вещей, тепло не физическое, а какое-то тонкое
ощущение, любви, которая была вложена Настей в эти вещи.
Жека даже подумал, что вот таким способом Настя его заколдовала, так сильно он чувствовал
связь с ней и Валентиной Ивановной.
Приехав домой, Жека лёг спать думая о том, как ему жить дальше без Насти, и не находил на
этот вопрос ответа.