Вкусная. Хрустящая. Острая.
Вкус корейской морковки в наши дни известен, наверное, каждому. Эта простая пикантная закуска сегодня встречается повсеместно: в шаурмичных, хот-дожных и даже в наших с вами холодильниках. Кто-то покупает этот салат в магазине, а кто-то делает сам. Только вот мало, кто знает, что за этим привычным нам угощением стоит в общем-то большая беда, которая случилась с самими корейцами.
Начать стоит с того, что корейская морковка — совершенно не корейское блюдо. Это шедевр советской кухни, который, впрочем, сделали именно корейцы. И тут надо понимать исторический контекст: во второй половине 19 века огромное количество корейцев отправилось на Дальний Восток. Голод, нехватка земель и поиски лучшей жизни заставили почти полмиллиона человек переехать в Приморский край. Только вот их оттуда депортировали.
В 1937 году Иосиф Виссарионович приказал отправить корейцев в Узбекистан и Казахстан. Людей грузили в товарные вагоны и увозили в центр страны, даже не дав бедолагам нормально попрощаться со своими родными и друзьями. Жертвами такой транспортировки стали сотни человек: они просто не пережили этот путь. Но при чем тут корейская морковка? Начали-то мы, кажется, именно с нее?
Все просто. Оказавшись на территории Средней Азии, корейцы, привыкшие к определенному питанию, вдруг обнаружили: в Узбекистане нет пекинской капусты, которая используется для традиционного приготовления кимчи. Для этого кочаны капусты режут, каждый лист промазывают острой пастой, а потом убирают под давление ферментироваться. Получается очень вкусная квашеная, нежная и острая закуска, которую едят с рисом, мясом и овощами. Из нее даже варят супы, настолько эта капуста популярна.
Но в Средней Азии такой капусты не было. Зато там была морковь, которую люди использовали для приготовления традиционного узбекского плова. Она-то и стала заменой капусты. Морковь натирали на терке, заправляли маслом, уксусом и целым ворохом пряностей. Так получилось всем известное нам блюдо. К слову сказать, всякие там шампиньоны по-корейски или хе появилось тоже в те же самые времена — как замена привычных корейцам блюда.
Так сталинское переселение корейцев подарило нам любимый многими продукт, о котором ни в Северной, ни в Южной Кореях ничего и не слышали.