Весь вечер и следующий день Лерика провела за книгой. В ней рассказывалось о Селении, прекрасной девушке, которая оказалась изгнанной в другую параллель. Девушка потеряла память и совсем не помнила, кто она и откуда. Её приютила добрая Эона, проживавшая с мужем и сыном. Они заботились о Селении и очень привязались к ней, как и она к ним. Они стали для неё семьёй. Обнаружилось, что Селения прекрасно танцует, и она стала выступать. Потихоньку она добилась известности, стала разъезжать с гастролями. Но её мучило одно: что она не помнит прошлого. Время от времени ей снился один и тот же сон, в котором у неё была дочь. Замуж Селения не вышла, и детей не имела. И ей всё время казалось, что эта дочь из её прошлой жизни, из другой параллели. Но она не могла ничего вспомнить, а соответственно, и вернуться. Ведь она не знала, куда. А ещё Селения обладала прекрасным даром: даром возрождения. Там, где она проходила, пустыня возвращалась к жизни, зеленела трава и распускались цветы. Голые скалы превращались в лесные склоны, на месте степей разрастались леса.
Книга странным образом обрывалась, будто недописанная история.
Лерика показала книгу отцу. Иксор задумался надолго, периодически тяжело вздыхая.
— У Ливистены был такой дар, — наконец выговорил он. — Не знаю, может ли это быть простым совпадением. И дочь, которая ей снится. Похоже, это маленькая весточка о твоей маме, — король поцеловал дочь в макушку.
— Но как найти, в какой она параллели? — подавленно спросила Лерика.
— Пока не знаю. Но мы обязательно что-нибудь придумаем!
Прошла неделя. Илона по-прежнему оставалась в королевстве, ей, как гостье, тоже выделили комнату. И пытались выяснить причины её проникновения в Ангареттис. Почти сразу стало понятно, что в девочке заложены скрытые магические способности, а это означало, что кто-то из её родителей является выходцем из этого мира. Отсюда и способность самостоятельно проходить в эту параллель. Оставалось только разузнать, чьей дочерью она являлась. Так как девочка жила только с мамой, то, скорее всего, её отец жил здесь. А вскоре и это выяснилось. Магическая древняя книга сразу же указала на Абутилона Зантедескию. Для этого необходимо капнуть на нужную страницу кровь проверяемого, и книга сама определяет, чьим ребёнком или родственником он приходится.
Король распорядился отправить девочку в замок к отцу, который располагался на севере в горах. Снарядили карету, и вскоре Илона уехала.
Жизнь потекла своим чередом. Ребята гуляли в парке, играли в Морской мини-бой и другие игры. В общем, весело проводили время. Лерика познакомила сантеровцев с Хрусталинкой, все были в восторге от белоснежного единорога. Да и ей понравились друзья Лерики, она с удовольствием катала их.
Ребята даже плавали на лодках в замок Брандеджи. Особенно всем понравилось кататься на качелях прямо над водой. Качели висели на старом дубе, ветви которого свисали над морем. Можно было, раскачавшись, прыгать в воду и поднимать кучу брызг.
А также купались в Бухте Надежды, там был самый лучший песчаный пляж.
Аир с Эриком иногда уходили рассматривать замки и прочие строения, рисовали чертежи и даже делали вместе макеты. Мальчишки очень сдружились на фоне общего увлечения.
Лерика нарисовала Мике лук и стрелы, и девочка могла тренироваться в своё удовольствие. А также пришлось изобразить волейбольный и баскетбольный мячи, чтоб и мальчишки не скучали, и планшет с листами и прочими принадлежностями для Сафисы. Та ходила к Руэлии и теперь больше не носила очки. Она всё никак не могла поверить, что они ей больше не пригодятся. Для Сафисы это стало великим счастьем.
Флеб часто присоединялся к ним, играл с ними в Морской мини-бой. У него хорошо была развита логика, и он чаще всего обыгрывал остальных ребят. Но временами он начинал раздражать всех своей чистоплотностью. Парень не прыгал с качелей в воду, чтоб не замочить свой наряд, на пляже он долго и аккуратно складывал свою одежду подальше от берега и очень злился, если кто-то пробегал мимо и брызги долетали до его брюк или даже сандалий. В игры с мячом он тоже не играл, так как мяч, по его словам, очень грязный.
Всем выделили комнаты в замке. Сафиса и Микаэла расположились рядом с Лерикой, и девочки могли допоздна общаться. Мальчишкам выделили комнаты в другой башне.
Лерика продолжала посещать занятия, чтоб наверстать упущенное. Она изучала историю магии, растительный и животный миры этой параллели, экологию, магию в быту и практическую магию, танцы, музыку, логику, земледелие и даже лéкарство. Но особенное внимание уделялось художественному искусству, поскольку дар принцессы был связан именно с этим. А также развивали и другую способность, связанную с тем, что девочка билась током. Этот дар, если она научится управлять им, даст возможность защититься в нужный момент. Да и вообще, принцессу обучали некоторым приёмам и техникам, чтоб она смогла при необходимости постоять за себя. Также учили Лерику создавать защитный магический слой, что-то вроде пузыря Флеба, но невидимый и только для своей защиты. Ещё Лерика начала бегать по утрам. После того преследования девочка изменила своё отношение к бегу и теперь вставала каждое утро в шесть часов. Бегала она в королевском парке, где находилась под защитой.
***
Однажды вечером девочки сидели в комнате Лерики. Камелия с Циссой уже давно отправились по домам. Все трое устроились на мягком диване, Милка, как всегда, лежала на плечах у Лерики. Подруги были в восторге от такого необычного растения. Сафиса так и норовила погладить её, а Милка то жеманно убирала листочки, то позволяла прикоснуться к себе.
— Хотите перекусить? — предложила Лерика и подошла к шкафчику.
Она уже освоилась с тем, как он работал. На дверце висело меню, каждый день список обновлялся. Нужно было выбрать и нажать соответствующие кнопки. Минуты через три в шкафчике раздавался негромкий щелчок, и можно было открывать дверцы. На полочках уже стояли миски и блюдца со свежей и горячей едой и охлаждённым десертом. Выбрать можно что угодно. Всё, что появлялось в списке, готовилось в огромной королевской кухне.
Девочки выбрали полюбившееся Лерике творожное печенье и ягоды в шоколаде. Лерика заказала себе свежевыжатый персиковый сок, Сафиса — клубничный, а Мика смешала молоко с банановым соком, и получился молочный коктейль.
Разложив всё на низком столике у дивана, девочки принялись за угощение. Кусочки фруктов нанизывались на длинные шпажки, и нужно было самим обмакивать их в шоколад.
— Несомненно, Гарден в тебя влюблён, — неожиданно заявила Сафиса.
Лерика чуть не подавилась печеньем.
— Да-да. Это заметно невооружённым взглядом. Как и то, что это взаимно.
Лерика почувствовала, что начала краснеть.
— Ты, я смотрю, радуешься тому, что Тиму не грозит взаимность Лерики? — улыбнулась Микаэла, обращаясь к Сафисе.
— Эх, — вздохнула Сафиса. — Если бы это означало, что он сразу полюбит меня...
Милка переползла на плечо к Микаэле и всё норовила сунуть корешок в её стакан. Она любила полакомиться молоком, но, ощутив посторонний привкус, тут же отпрянула. Подруги засмеялись.
В это время раздался стук, и девочки увидели, что в стекло стучит голубь. Лерика открыла балконную дверь и взяла письмо из клюва птицы. Та тут же улетела обратно.
— От кого это? — спросила Сафиса.
Девочки уже познакомились с адресными книгами и голубиной почтой.
Лерика раскрыла бумагу. Листок был исписан мелким убористым почерком. Подпись, конечно же, отсутствовала. Девочка принялась читать:
Сансивия!
У меня есть для тебя очень важная информация. Это касается твоей мамы. Приходи через пятнадцать минут к Озеру Дружбы, только одна. Я не могу ждать, мне грозит опасность, и я боюсь не успеть сообщить тебе кое-что важное. Ты должна верить мне.
P. S. Тебя ждёт за окном пегас.
— А вдруг это ловушка? — спросила Микаэла.
— Я не знаю, — растерялась Лерика.
— Одной, так поздно, — рассуждала Мика. — Нет, это опасно.
— Но это касается моей мамы!
— Да, — поддержала Лерику Сафиса. — Мы с тобой пойдём.
— Нет, — упрямо мотнула головой Лерика. — Я пойду одна. Так написано.
— Ну, не знаю, — не унималась Микаэла. — Я переживаю за тебя. Не нравится мне это. Да и кто бы это мог быть?
Лерика вспомнила парня на коне, того, что появлялся и наблюдал за девочкой. Он казался странным, но не пытался причинить вред Лерике. Скорее всего, это он написал записку. Девочка поделилась своим мнением с подругами.
— Всё равно, если ты не вернёшься через час, я сообщу всем, — сказала Микаэла.
— Ладно, — нехотя согласилась Лерика. — Через два часа. Мало ли что. Этого времени, думаю, будет вполне достаточно, чтоб поговорить с этим незнакомцем.
Лерика переоделась в костюм, который сшили специально для неё. Она настояла на том, что летать на пегасах в платье абсолютно неудобно. Да и кататься на единороге тоже. Новый костюм, бриджи и футболка, был из тонкой лёгкой ткани лазурно-серого цвета и в то же время выглядел нарядно и стильно.
— Ну что, я полетела, — она улыбнулась подругам и вышла на балкон.
— Не забудь, у тебя два часа, — напомнила Мика.
К Лерике тут же подлетел пегас. Взобравшись на него, девочка быстро долетела до озера. Приземлившись на берегу, она огляделась. Пегас тут же улетел. Ненадёжные создания, — подумалось Лерике. Жутковато было находиться здесь в такой поздний час. Может, она зря согласилась? Лерика начала жалеть, что прилетела сюда. И в то же время мысль о маме придавала ей уверенности. Она снова огляделась, выискивая того, кто написал ей странную записку. Но сумерки всё больше сгущались, а среди деревьев и совсем опустилась мгла.
— Сансивия! — неожиданно позвали её.
Голос казался знакомым. Обернувшись, Лерика увидела молодого человека, шедшего ей навстречу. Когда он подошёл ближе, девочка узнала Кливия.
— Ты? — удивилась Лерика.
— Я. А ты ожидала увидеть кого-то другого?
— Да нет. Что ты хотел сказать мне? — Лерика смотрела в глаза Кливу.
— Это очень важно, — он потянул девочку за собой.
Они прошли несколько шагов, и неожиданно кто-то повалил Лерику на землю. Она не успела ни разглядеть, ни понять. Кто-то сзади сжал ей рот тряпкой, и девочка словно медленно провалилась куда-то, теряя сознание.
***
Очнулась Лерика в каком-то тёмном помещении без окон, возможно, в подвале. Хорошо, она научилась зажигать огонёк. Она щёлкнула пальцами, представив свет, и над ней повис светящийся шарик. Действительно, окон не оказалось. Голые стены лишь прерывались высокой дверью. Вместо кровати стояла старая тахта с накиданными на неё шкурами. Больше мебели в комнате не имелось.
Ощущение дежавю. Что-то подобное уже было. Точно, так же её отключили и заперли. Ведь и сейчас, скорее всего, её держат в замке. Наверное, в подвале того же замка. Неужели она вновь увидит Фатсхидера? У Лерики всё перевернулось внутри.
Ну вот, снова она куда-то вляпалась. Значит, всё-таки Клив. Работает на два фронта.
В подвале невозможно ориентироваться во времени, но Лерике всё же казалось, что она пробыла без сознания несколько часов. Мика, наверное, уже рассказала всем о записке. Значит, Лерику ищут, это хорошо. Есть шанс, что им удастся найти её и вызволить из плена.
Где-то вдалеке послышались приближающиеся шаги. Быстро погасив огонёк, Лерика легла на тахту. Спрятаться негде, перемещаться ни во времени, ни в пространстве она не умеет. Да и пространственное перемещение ей никак не помогло бы. Она помнила, что рассказывал Марант. Если это тот самый замок, то на его территорию наложена очень сильная защита. А перемещаться во времени умеют лишь единицы, это довольно редкий дар.
Шаги остановились за дверью. Послышалось какое-то движение, вроде что-то упало.
— Спишь на посту? — послышался знакомый низкий голос, от которого у девочки всё перевернулось внутри.
Фатсхидер. Этот голос она иногда слышит в кошмарных снах. Ну как можно было так сглупить, пойти на встречу неизвестно с кем? О чём она думала? С чего она решила, что это тот незнакомец хочет сообщить ей о её маме?
— Ладно, — Фатсхидер прервал оправдания Гастера, — через час приведешь её ко мне. И чтоб Абутилон ни о чём не узнал.
Послышались удаляющиеся шаги, и через некоторое время всё стихло. Лерика вновь зажгла огонёк и прислушалась. Тишина за дверью. Гастер или не видит, или делает вид, что не видит.
Час. Хоть бы её успели спасти за это время. Есть в королевстве кто-то, как Марант? Ведь должны помочь ей!
Но время шло, а никто не появлялся. Наверное, ещё мало времени истекло. Скорей всего, она быстро очнулась, и Мика ещё просто не успела сообщить о её пропаже. Что же делать? А вдруг за этот час никто не придёт? Вдруг не успеют? Лерика начала паниковать. Фатсхидер просил не сообщать Абутилону. Значит, никто не знает, что она здесь. А Фатсхидер... Нет, Лерика даже боялась думать о нём. Так, нужно отвлечься. В замке, наверное, все уже спят. Кроме Мики с Сафисой. Девочки сейчас всех разбудят, потому что Лерика не вернулась...
Отвлечься не получалось. Все мысли в конце концов сводились к этому замку и к её плену. Может, Марант почувствует, что с ней стряслась беда? Он же её ангел-хранритель! Но в ответ на её мысли лишь застрекотал за кроватью кузнечик. К счастью. Значит, девочку должны спасти.
Словно в подтверждение её мыслей внезапно перед ней возник кто-то. От неожиданности Лерика чуть не вскрикнула, но незнакомец, укоризненно посмотрев на неё, выставил перед ней ладонь. Вместо крика изо рта вырвалось лишь маленькое облачко. Лерике стало стыдно. Если бы она вскрикнула, сейчас бы Гастер вошёл в комнату, и её спасение провалилось. То, что это был спаситель, девочка не сомневалась. Перед ней стоял довольно пожилой мужчина с вьющимися длинными седыми волосами и такой же длинной и вьющейся седой бородой. На нём была фиолетовая мантия до пола, поверх неё накидка грифельного оттенка, чуть ниже колен, с серебряными полумесяцами, и странная фиолетовая шляпа с широкими полями и сужающаяся вверху, настолько, что тонкий кончик закручивался колечком.
Этот человек, словно гриб, неожиданно вырос перед Лерикой, скорее всего, переместился в пространстве. Или во времени.
— Здравствуй, Сансивия, — сказал он низким приятным голосом. При этом он не раскрывал рта, но девочка отчётливо слышала его. — Не отвечай мне.
"Откуда он меня знает? — удивилась Лерика. — Кто он? А, он от моего отца, наверное. Так быстро нашли меня?"
— Меня зовут Адениус, — ответил незнакомец, видимо, читая мысли, но её вопросы проигнорировал.
Впрочем, в этом уже не было необходимости. Лерика помнила это имя. Это самый великий маг в этом мире. И он точно не на стороне злодеев, кем бы они ни были.
— Пойдём, нам пора, — сказал Адениус и крепко взял её за руку.
Разговаривал он так же, не раскрывая рта. Скорее всего, не вслух, а словно у девочки в голове, даже ощущалось небольшое покалывание где-то в затылке.
У Лерики немного закружилась голова, она так и не смогла привыкнуть к перемещениям.
Они очутились в лесу. От яркого освещения после темноты девочка зажмурилась, от резкого контраста даже слёзы выступили. Чуть привыкнув, она осторожно открыла глаза. Солнце уже взошло, действительно, наступило утро.
— Скоро нас начнут искать, но в этот лес не сунутся, — теперь маг говорил обычно, открывая рот. — К сожалению, я потратил очень много сил, пробравшись в этот замок. Ведь туда нельзя переместиться.
— А как же вы тогда попали туда? — удивилась Лерика. — Вроде, не как Марант?
Адениус посмотрел на неё сверху вниз, немного усмехнувшись. Его серо-голубые глаза улыбались.
— Поэтому я не могу тебя доставить сейчас домой, — он не стал отвечать на её вопросы. — Придётся заметать следы. Ничего не бойся в этом лесу, я рядом.
— А я и не боюсь, — удивлённо ответила Лерика.
— Это Лес Страха. Всё, что мы с тобой увидим здесь — не что иное, как наши фобии.
Лерика огляделась. Пока она ничего не увидела, но лес казался мрачным. Меньше света проникало сквозь густые кроны деревьев. И почему-то не пели птицы, какая-то тишина стояла вокруг. Девочка поёжилась. И кто же здесь водится?
Неожиданно она увидела в дух шагах от себя огромного паука. Его размеры превосходили крупную ладонь, таких восьмилапых девочка никогда не видела. Она вскрикнула и отскочила в сторону. С детства Лерика боялась пауков. Её приводили в ужас эти мохнатые тельца и шевелящиеся лапки. Адениус направил свою руку в сторону членистоногого, и голубая вспышка метнулась к пауку, тот словно растаял в воздухе. Но с другой стороны появился ещё паук, намного крупнее предыдущего. Маг и его одарил вспышкой.
— Не думай о пауках, — сказал он девочке. — Этот лес не любит страхи. Люди, попадающие сюда, могут выбраться и остаться целыми и невредимыми только в том случае, если перестанут бояться и начнут думать о хорошем. Иначе можно сойти с ума.
Но не думать оказалось сложно. Ещё штук пять пауков возникали рядом, один крупнее другого, потом, наконец, девочке удалось направить ход мыслей в другое русло. Она вспомнила лес, в который они ходили в поход с друзьями. Там пели птицы, росли цветы и грибы, солнечные лучи чаще пробивались к земле.
Неожиданно на соседнее дерево села иволга, радуя глаз своим ярким жёлтым оперением. А её пение напоминало звук флейты.
Адениус посмотрел на Лерику и улыбнулся.
— Молодец! — похвалил он. — Ты быстро учишься.
Ещё минут через десять с ветки на ветку перелетали маленькие воробышки, синицы, пернатые кедровки, сойки, сороки и даже кукушка завела свою песню. Трава стала зеленее, расцвели цветы: белые ландыши, синие колокольчики, жёлтые наперстянки, тёмно-голубые пролески. И даже рыжая белочка распушила свой хвост на ветке. Стало светлее и уютнее.
— Мне даже и помогать тебе не пришлось, — улыбнулся маг. — У Маранта новая работа, он не смог сейчас прийти, попросил меня, — неожиданно поведал он девочке.
— Скажите, а почему здесь многое такое же, как в моём мире? Те же птицы, те же травы.
— Параллели разные, а земля одна, — ответил Адениус. — В чём-то схожи, но не во всём. В каждой параллели есть что-то своё, характерное лишь для неё.
Они немного прошли и очутились на краю леса.
— Лес такой маленький? — удивилась Лерика.
— Нет, Лес Страха большой. Но он быстро выпускает тех, кто желает ему хорошее. Ты населила этот лес птицами, белками, а также цветами. А что для него может быть лучше? Этот лес пугает людей их же страхами, а значит, люди сами себя пугают. Он отражает их мысли. Можно сказать, проверяет людей. Ты ему понравилась, и он расступился перед тобой, выпуская нас.
Подлетела большая сова и села на плечо Адениусу.
— Привет, Философ, — маг погладил птицу.
Это была крупная ушастая сова пёстрой окраски с оранжевыми умными глазами. Он настороженно покосился на Лерику, но, видимо, счёл её безобидной.
Адениус взял у Философа из лапки небольшой пузырёк с тёмной жидкостью, откупорил и залпом выпил содержимое.
— Вот теперь я могу доставить тебя в замок, — сказал он наконец.
И протянул Лерике руку.
Очутились они перед королевским парком. Девочка хотела поблагодарить его, но не успела: обернувшись, она уже никого не увидела.
А позже узнала, что никто Адениуса и не просил помочь. Видимо, действительно, к нему обратился Марант, и маг отправился на выручку.
Лерику уже ждали: Адениус успел отправить с Философом письмо, ещё до того, как пробрался в замок.
Никто не поверил, что Кливий мог быть замешан в похищении. Парня нашли в бессознательном состоянии, в синяках, скорее всего, он пытался оказать сопротивление. Один только Гарден поверил Лерике и поддержал её догадку.
— Не верю я ему, — прямо заявил он. — И дяде его не верю. Судя по описаниям замка, точнее, пейзажа, который ты видела из окна в прошлый раз, похоже на владения Зантедескии. Он как раз живёт в горах, на крутых скалах, а рядом протекает река.
Адениус не сказал никому, из какого замка он вызволял принцессу. Но его никто и не спрашивал — бесполезно. Привыкли к тому, что старый маг своеобразен по характеру. Он практически никогда не отвечал на вопросы и ни во что не вмешивался, только в крайне редких случаях, как сейчас. Он сам по себе, живёт вдали от всех, свой жизнью, практически в затворничестве. Хотя и этого точно никто не мог знать. Хорошо ещё, что он брал в обучение самых способных детей.
***
Двадцать третьего июня отмечали День Памяти. Почти столетие назад в этот день погибла принцесса Цефалия. Лерике рассказали, что принцессу сначала убили, а после скинули из окна. Девушка хотела спасти своего любимого, а тот жестоко обошёлся с ней. Долгое время считали, что она сама сбросилась, пока однажды один юноша не отправился в прошлое, как Марант. Там он и выяснил, что произошло на самом деле.
Каждый год в этот день чтили её память. Запускали в небо большой воздушный шар с зажжённым огнём — в такие моменты старались обходиться без магии. К шару подвешивали неглубокую корзинку с алыми цветами сангвѝями. Их мелкие бутоны напоминали капли крови. Люди верили, что цветы вырастают там, где проливается кровь.
***
А через несколько дней свой день рождения отмечал Кливий. Точнее, здесь этот праздник называют Днём Начала Пути. В Ангареттис никто не справляет его так, как в обычном мире. Это личный праздник, и отмечают его в кругу семьи и самых близких друзей. Подарки, правда, дарят.
Клив накануне вместе с мамой уехал к дяде и отмечал праздник там.
Парень несколько раз пытался поговорить с Лерикой, но девочка ему не верила и общаться с ним не желала. Когда он пытался воззвать к Мике или Сафисе, с которыми хорошо был знаком, то тоже оставался ни с чем. Девочки полностью поддерживали Лерику, никто с ним даже не разговаривал.
***
Как-то Тимми отозвал Лерику в сторону. Парень выглядел грустным. Немного помолчав, он, наконец, произнёс:
— Я всё понял. Ты родилась в этой параллели, вместе с Гарденом. У вас много общего с ним, вы больше подходите друг другу.
Он замолчал. Лерика тоже не знала, что говорить.
— Я не буду больше мешать вам и надеяться, — продолжил Тим. — Я хочу, чтоб ты была счастлива. Жаль, что ты не со мной... — он вздохнул, — но я всё понимаю.
— Тимми, ты замечательный, — сказала Лерика, чуть улыбнувшись. — Ты хороший человек и классный друг. Обрати внимание на Сафису, она давно любит тебя. И мне кажется, что вы подходите друг другу.
Тимми удивлённо посмотрел на неё.
— Нет, Сафиса мне просто друг. Я не смогу полюбить её.
