ГЛАВА 53
«Наставник и очередной суд»
С утра ко мне подошёл один арестант.
— Колдун, я слышал ты рунами увлекаешься? — скромно поинтересовался он.
— Ну немного — честно ответил я.
Он немного помялся. Было видно, что подбирает слова.
— У меня мама уже много лет их практикует. На свидании она сказала что я встречу наставника — сказал он, как будто это какая-то глупость.
— Какой из меня наставник, ты чего? Единственное, у меня есть переписанные обозначения всех рун. И вспомнил Кальция. А ведь они мне достались тоже якобы случайно.
Сокамерник обрадовался. А я подумал, так-то в тюрьме это бесценная информация. Я косвенно почувствовал себя учителем и отсутствие прилагаемых усилий к этому.
Я усмехнулся и начал доставать тетрадь.
— Держи. Переписывай и потом вернёшь.
Он согласно кивнул.
В дверь пнули. Конвоир назвал несколько фамилий, в том числе и мою и сообщил, что мы завтра едем на суд.
Я не особо обрадовался этому вспомнив прошлую поездку.
— Колдун, а ты уже составил последнее слово?
Я искренне удивился и собеседник увидел это.
— Ну в суде, перед соглашением приговора, подсудимому дают последнее слово.
Я начал узнавать у сокамерников подробнее. Оказалось, что у всех они уже были написаны. Почитал несколько из них. Они все были написаны как под копирку.
Интересно, сколько таких жалобных речей за всю жизнь слышит судья? Я решил не писать его. Сокамерники, когда узнали об этом, посмотрели на меня как на сумасшедшего...
Еще больше они удивились, когда я решил не бриться. А не делал я это около недели. Пойдём против системы.
На следующее утро нас забрали и повели в бокс. Там я встретил несколько знакомых, и мы пообщались с ними о местных новостях. Ничего особенного я не узнал.
Несколько часов и привычный автозак. Затем нас обыскали, выдали сухпай и развели по камерам.
На этот раз моя камера была побольше. Там было ещё два арестанта. Одного осуждали за убийство, а второго за кражу.
Из разговора я понял, что тот кого должны были осудить за убийство, не отягощен интеллектом. Оно и не удивительно. Я считал, что убийство это глупость, не считая случаев самообороны.
Ещё несколько часов и меня повели в судебный зал. Там сидели моя сестра и её подруга. Больше никого в зале не было.
Вошла судья. Было видно, что мой внешний вид ее удивил. Ведь перед судом практически все брились и брали у сокамерников костюмы. Я же был в повседневной одежде, но опрятный, насколько это возможно. Она стала зачитывать моё дело. Ничего нового она не сказала и я не сомневался, что моё дело отправят на доследование. Но, неожиданно судья заявила:
— Ваше последнее слово?
Меня её слова удивили и были полной неожиданностью. Я понял, что даже в уме его не составил.
Придётся импровизировать. Зато это будет честно.
— Свою вину осознал.
Судья ждала продолжения, а его не было.
— Продолжайте — она вопросительно посмотрела на меня.
— Эмммм, а это всё.
По её лицу прокатилась волна удивления. Её же я заметил на лицах адвоката, прокурора и конвоиров.
Она ударила молотком и пошла в комнату для совещаний.
Её не было буквально несколько минут, но для меня они длились очень долго. Сейчас решится моя судьба и я это прекрасно понимал...
ГЛАВА 54
«Тюремная почта»
Многие не придают большого значения тюремной почте. Действительно, казалось бы, что обсуждать?
Но если более подробно посмотреть на её возможности, уже совсем по другому на неё посмотришь.
Например, сидят подельники в разных камерах. Правоохранительные органы думают, что они их изолировали. Но их показания как под копирку. Все верно, помогла тюремная почта.
Так же, когда сокамерника переводят в камеру, про него уже известна статья, погремуха, статус и срок, если он уже осужден.
Вечером бывает так называемый «прогон». В нем указывают кого и куда перевели. Об этом я узнал позже. Про меня тоже писали, просто я этого не знал.
Не раз наблюдал, как приводят арестанта, а за него было всё известно ещё вчера.
Помимо этого арестанты поздравляют друг друга с днём рождения.
Например, у Сани Монаха был день рождения. Он мне отправил отломанную полоску шоколадки и сигарету «Captain black». И это учитывая, что я не курю. Естественно он тоже об этом знал. А в тюрьме такая сигарета ой как ценится. Сокамерники когда её увидели, у них глаза на лоб полезли. Я её не скурил и потом ещё долго ощущал её аромат…
А ещё, немаловажное значение, имеет психологическая поддержка. Ну это чисто моё мнение. Большинство «маляв» ни о чём. Их основная цель это просто общение. Арестанты общаются между собой и уже не так ощущается замкнутое пространство. Это все тяжело представить человеку, который не был в тюрьме. Для обычного человека это абсолютная мелочь…