Начинаем масленичную неделю с рассказа ученого Михаила Мильчика о том, как проводили этот веселый праздник на Руси.
Отрывок из книги «Как строили города на Руси».
В это время по крестьянскому календарю прощались с зимой и радовались пробуждению природы и кормилицы-земли, наступлению весны. Главным угощением в эти дни были масляные блины: их ели и со сметаной, и с рыбой, и с грибами, и с икрой. Перед Великим постом по православному обычаю мяса уже не ели, а молочная пища еще разрешалась. Погулять вволюшку перед строгими неделями поста — вот смысл этого шумного, разудалого народного праздника для горожан. Казалось, будто всю неделю с утра до ночи они только тем и заняты, что катанием на санях, запряженных парами или тройками лошадей в расписных дугах, украшенных бубенчиками и цветными лоскутами. Целыми вереницами разъезжали горожане по льду замерзших рек, по заснеженным улицам, соревнуясь друг с другом, у кого кони проворнее. Озорники запрыгивали в сани на полном ходу. Бывало, до сотни саней собиралось на гонки.
На больших площадях и замерзших реках специально устраивали деревянные катальные горы, да такие высокие, что забираться наверх приходилось по лестницам. Скаты обливали водой, которая быстро замерзала. Получалась ледяная гора, съехать с которой норовили все, от мала до велика. Катались на санях-салазках по одному, по двое, а иногда «кораблем» — по четыре человека, лицом друг к другу. Ребятня съезжала и на шкурах, на рогожах, усаживаясь до десяти человек. Самые отчаянные катились на ногах, гуськом, держась за руки. Легко представить, сколько было визгу, крику, хохоту.
На масленичные гулянья в город стекались отовсюду бродячие актеры. Приходил вожак (то есть поводырь, тот, кто водит) с мишкой косолапым и «козой бородатой». Медведь — живой, настоящий, с кольцом в носу, а «коза» — мальчишка с надетым на голову мешком, из которого торчит на палке козлиная голова с рогами. Медведей специально обучали всяким фокусам. Вожак дергает медведя за кольцо, тот, рыча, кружится, как будто танцует на задних лапах, а «коза» щелкает деревянным языком, дразнится.
На масленицу устраивались для потехи кулачные бои. Желающие бились «стенка на стенку» или «сам на сам» в окружении глазеющей толпы. Войдя в азарт, бойцы начинали бить друг друга уже всерьез, после чего некоторых уносили «с поля боя» покалеченными и даже бездыханными. Правда, бились обычно в рукавицах, в полушубках, без какого бы то ни было оружия. Строго соблюдались правила: не бить лежачего и «ма́зку» (того, у кого кровь носом пошла). И все же в азарте разное случалось: «иной лежит в снегу, сраженный в битве, ниц, нет шапки на главе, нет ратных рукавиц…».
В толпе сновали разносчики — продавали всякие сласти, пироги, блины и напитки. Многие согревались сби́тнем — горячим медовым питьем.
Нельзя не сказать еще об одной забаве горожан — о бродячем кукольном театре с Петрушкой. Кукольник надевал на себя балахон, укреплял над головой доску, и Петрушка, размахивая длинными рукавами, звонко зазывал всех на представление. При этом кукольник говорил и за Петрушку, и за других персонажей, меняя голоса с помощью специального устройства — пи́щика.
Много было и других потех на масленицу: и взятие снежной крепости, и ряженье, и сжигание на костре чучела Масленицы…