Найти в Дзене

В компании Шекспира.

Несколько фотографий из прошлогодний фотосессии. Спасибо, Алексей Мазуркин, за отличные кадры! Фотосессия в павильоне, но в кадре неслучайные предметы. В моей семье всегда был пятитомник Вильяма Шекспира, правда я помню только четыре тома. Один том покинул нас неизвестным никому образом. Но, может, он еще вернется. Издание интересное, иллюстрированное, 1900 года. Сейчас, когда мы работаем над мюзиклом по пьесе Шекспира, эти книги пришлись как нельзя кстати. А небольшая студия для композиторский работы у меня дома находится именно в библиотеке. Анатолий Воробьев, когда писал трубу для одной из композиций, открыл все дверцы книжных шкафов. Говорит, так лучше звук запишется, книги - прекрасная компания.
Книги лежат еще на одной своей семейной реликвии. Это раскладной стул-трость. Этой вещи тоже лет сто, а может и больше. Сколько я себя помню, она всегда была в доме. Раньше мне казалось, что сто лет это много. А сейчас... Это всего лишь примерно в два раза больше, чем мне. Точно - стул

Несколько фотографий из прошлогодний фотосессии. Спасибо, Алексей Мазуркин, за отличные кадры! Фотосессия в павильоне, но в кадре неслучайные предметы.

Илья Соколов. фотография Алексея Мазуркина
Илья Соколов. фотография Алексея Мазуркина

В моей семье всегда был пятитомник Вильяма Шекспира, правда я помню только четыре тома. Один том покинул нас неизвестным никому образом. Но, может, он еще вернется. Издание интересное, иллюстрированное, 1900 года. Сейчас, когда мы работаем над мюзиклом по пьесе Шекспира, эти книги пришлись как нельзя кстати. А небольшая студия для композиторский работы у меня дома находится именно в библиотеке. Анатолий Воробьев, когда писал трубу для одной из композиций, открыл все дверцы книжных шкафов. Говорит, так лучше звук запишется, книги - прекрасная компания.

Илья Соколов. фотография Алексея Мазуркина
Илья Соколов. фотография Алексея Мазуркина


Книги лежат еще на одной своей семейной реликвии. Это раскладной стул-трость. Этой вещи тоже лет сто, а может и больше. Сколько я себя помню, она всегда была в доме. Раньше мне казалось, что сто лет это много. А сейчас... Это всего лишь примерно в два раза больше, чем мне. Точно - стулу больше, чем сто.

Илья Соколов. фотография Алексея Мазуркина
Илья Соколов. фотография Алексея Мазуркина


А я сижу на чемодане. И вокруг чемоданы. Все они из моего дома. Наверное раньше, давно, в общем когда-то... Мои родственники, их друзья, или знакомые пользовались ими в поездах, носили в них вещи... Эти чемоданы ездили на курорты, в командировки, в пионерские лагеря, переезжали из города в город, с квартиры на квартиру. Для фотосессии я почистил их, привел в порядок. Если бы они умели говорить, много бы рассказали нам.

Илья Соколов. фотография Алексея Мазуркина
Илья Соколов. фотография Алексея Мазуркина

Мы, с группой Выстрел, собираемся рассказать прекрасную историю, которой уже больше четырехсот лет, дав ей новую музыкальную форму. Работа над большим музыкальным произведением небыстрая, но очень интересная и увлекательная. Я чувствую, что эта история и эта музыка захватили нас на долгое время, и мне это очень нравится.

Илья Соколов. фотография Алексея Мазуркина
Илья Соколов. фотография Алексея Мазуркина