Маме моего сотрудника 65 лет. Муж ушел от нее в прошлом году, внуков нет, подруги стали женщину раздражать: одни те же же разговоры по кругу, у кого сколько денег, кто что купил. "Завистливые старухи, что у меня с ними общего?" - сказала она.
Требует, чтобы сын приезжал как можно чаще. Он ездит. В надежде скрасить маме одинокие вечера, но вместо этого натыкается на обиды и претензии.
Хлопает дверью, уезжает. А через неделю она звонит и просит приехать. Ей грустно, скучно...
Он говорит: "Мы могли бы ужин приготовить, фильм посмотреть, фотокарточки достать, посмеяться над воспоминаниями моего детства. Поддержать друг друга. Но нет же!
Мама заводиться с пол оборота, говорит, "ты такой же, как твой отец!", твердит, что мне надо ходить по врачам, что я себя запустил. Она по-другому представляла мое будущее, я не оправдал ее ожиданий. Ее слова ранят. Я терплю, но всему есть предел. Уже в лоб говорю ей, что эти разговоры мне неприятны, что я перестану заезжать к ней.
Она дуется, мы не разговариваем. Почему она не может вести себя по-другому со мной? Я - единственный, кто ее навещает. Почему она меня совершенно не ценит?"
Мне кажется, что не только юные девушки насмотрелись мелодрам и ждут от мужчин невероятного, но и вполне себе взрослые люди ждут от жизни кинематографической идиллии: вот он я - сижу, старейшина огромного клана, во главе стола, а вокруг меня - дети, внуки. И все успешные, счастливые. Ради друг друга видеть, рады друг другу помогать.
А в жизни все сложнее. В жизни - люди и их характеры с острыми углами.
У психиатра Карла Юнга есть фраза, которую я услышала от довольно известного психолога:
«Не удерживай того, кто уходит от тебя. Иначе не придет тот, кто идет к тебе».
Истина подавалась как секрет гармоничных отношений между старшим поколением и их взрослыми детьми.
Я сразу вспомнила несколько интеллигентных питерских и московских стариков и старушек - музыкантов, скульпторов, преподавателей, которых до последних дней жизни окружали студенты, молодые специалисты.
У них не было тесной связи с детьми, так как шло погружение в профессию, в дело всей жизни. Но дети ими восхищались, любили их, были горды таким родством.
Одна писательница признается, что ей, 80-летней, звонят молодые люди и требуют встречи. Она отказывается, а они все равно звонят.
Но кто придет к обычным людям, к старикам, у которых нет обожателей и подражателей? К тем, кто не пишет симфоний, не издает романов?
Отпустишь детей, так и вовсе останешься один.
И вот тут, как мне кажется, таится очень неприятная истина, которую нужно осознать. Если ты не являешься центром притяжения, если к тебе не тянутся люди - соседи, коллеги, знакомые, если они не звонят и не едут, то не стоит обвинять детей в черствости и равнодушии.
Нужно на себя уметь оборотиться.
Душа человека обязана трудиться (как говорил Н.Заболоцкий) до глубокой старости. Сначала душа растет, чтобы личность стала интересной другим. А затем - для того, чтобы научиться не обременять собой.
Нет возраста, который дает право требовать внимания, выпрашивать, вымаливать любовь, подкупать нуждающихся, давить на жалость или навязывать свои чувства. Чем больше человек нуждается во внимании, тем больше он должен собой владеть.
Кто-то из великих сказал, что в старости главное - это научиться жить в одиночестве.
Я не согласна. Нужно лишь немного терпения от старика и немного терпения со стороны близких. И все будет хорошо.