Предыдущая глава (начало главы)
Рассказ Жени
В том же году, примерно в то же время, когда предыдущий рассказчик развлекался в славном городе Херсоне, я трудился на НПС «Эврика», самом белом пароходе в промразведке, под командой легендарного Дона-капитана, Сашка его знает.
— Как же, единственный капитан-кореец у нас в стране, — оживился Сашка, не отрывая взгляда от своих карт, — да ещё и с высшим образованием, Мурманскую мореходку закончил. Важный такой, не подступиться. Шесть без козыря, — перебил он объявленную Николаем шесть на бубях.
— Так вот, — продолжил Женя, — мы тогда пришли во Фритаун, столицу Сьерра-Леоне. Ожидали высоких гостей. Собиралось почти всё правительство этой страны, а с нашей стороны прилетели зам. министра рыбного хозяйства товарищ Липанов и сопровождающие его лица. Решался вопрос рыболовства в экономической зоне Сьерра-Леоне. Дело было архиважное, поэтому с попутным судном на Эврику из Лас-Пальмаса были доставлены два бочонка икры несколько осетров и разное спиртное. Все это богатство было соложено в каюте моего помощника по спецсвязи, а проще говоря секретчика. Этого специалиста направляют на судно, когда имеется ответственное государственное задание. Сначала, после торжественной встречи президента и его свиты, судно вышло в море для показательного траления в водах Сьерра-Леоне. На следующий день уже у причала был намечен банкет. Часть экипажа, человек сорок, чтобы не путались под ногами, были отправлены автобусом на пляж на берегу океана. Уезжая, я попросил у остающегося на судне секретчика тщательно следить за темпами расхода сложенных у него богатств, заранее предвидя, что всё равно всё не съедят и не выпьют, а наши могут по каютам растащить.
Пляж, был великолепен — метров 200 в ширину чистейшего белого песочка и пальмовая рощица на берегу. Нам предстояло мужественно прозагорать на нём всё время от завтрака до ужина. С собой у нас был запас воды, еды и пять ящиков кока-колы — презент от нашего министерства. В начале было скучно: ну искупались у берега, заплывать далеко было опасно, побаивались акул; поиграли в волейбол, затем в футбол, всё быстро надоело. А времени ещё вагон, и занять его просто нечем.
И тут, откуда-то из джунглей на пляже появилась группа аборигенов. Они там не совсем чёрные, как в соседних странах, потому что креолы, смесь африканских рабов и белых женщин. Ими когда-то англичане заселяли свою колонию. Худощавые ребята несли на плечах длинную долблёную лодку с балансиром, это такой поплавок сбоку, он не даёт узкой лодке перевернуться. Сзади дети тащили мешок с сетью и вёсла — короткие, каплеобразные с поперечной ручкой на конце. Мы с интересом смотрим на них, они на нас — белых людей, на наш автобус. Но, видимо, для них это не первая такая встреча, потому что, не обращая на нас особого внимания, они поставили лодку на воду и стали готовить свой невод к рыбалке. Сначала размотали его на берегу, а затем уложили змейкой на корме. Ещё раньше мы заметили у воды какую-то решетчатую башенку, метров пятнадцать в высоту, приняв это сооружение за навигационный знак. Так вот, на эту башенку взобрался пожилой креол и начал внимательно осматривать прибрежные воды. Вскоре он что-то крикнул и указал рукой направление. Десять гребцов погнали лодку вперёд, изо всех сил работая вёслами. Рулевой на корме, постоянно оглядываясь на башню, направлял лодку в нужное место. Наконец раздаётся протяжный крик, и лодка начинает описывать циркуляцию. Всё это время идёт постановка невода, который постепенно уходит с кормы в воду. Закончив разворот лодка полным ходом возвращается к берегу. Там все выскакивают на песок и ухватившись за верёвку начинают дружно вытаскивать невод.
Дружно, хоть и правильно сказано, но как-то у них это медленно получалось, видимо силёнок маловато. Наконец, подтащили невод к берегу. Тем временем из джунглей, видимо поблизости была деревня, вышла группа женщин. У каждой на голове пустой тазик. Мужчины вытащили на берег ту часть невода, где в кутке собирается рыба. Её было немного, хватило всего на три тазика килограмм по десять. Женщины изящно покачивая бёдрами ушли, а мужики, отдохнув немного на песочке начали второй замёт, потом третий, четвёртый, но рыбы с каждым разом было всё меньше и меньше. Видно было, что ребята подустали.
Тут наш старпом, не в силах больше наблюдать, как они маются, подловив момент, когда те отдыхали, подошёл и попросил дать нам попробовать, каково это ловить рыбу таким способом. Их старший, который руководил всем с башенки, согласился. Старпом позвал десяток желающих, и мы начали свой первый замёт. Для начала потренировались вдоль берега слаженно грести, а затем, когда наш рулевой понял, что мы готовы, направил лодку на постановку невода. Наша пирога неслась как стрела, и циркуляция получилась великолепная. Когда мы её закончили и повернули к берегу, все так поднажали на вёсла, что лодка с разгона почти целиком вылетела на песок. Вытаскивать сеть подбежали все сорок человек. Здоровые мужики соскучились по физическому труду. Рыбы поймали так много, что женщины не смогли унести её за один раз. Затем пошли на второй замёт. Сменили гребцов, всем хотелось поучаствовать, ведь для нас это было развлечение, а не повседневный труд. Товарищи креолы не возражали и после второго замёта куча рыбы существенно увеличилась. После третьего, их старший сказал баста, хватит, нам больше не нужно. Он даже предложил нам забрать часть рыбы с собой. Мы конечно отказались, объяснив товарищу, что мы ловим её по 50 тонн за один замёт. Тогда он снова забрался на башенку и что-то прокричал мальчишкам, которые сидели на высокой пальме на краю джунглей, а те по цепочке передали его команду дальше в деревню. Вскоре оттуда снова появились женщины с тазиками на головах, только на сей раз они были не пустыми, а с фруктами. Бананы, манго, апельсины, финики, виноград, всё было уже помыто, и мы с удовольствием их попробовали. Какие там были бананы, это вам не те, что в коробках дозревают, пока их до магазинов везут. Тут прямо с пальмы спелые, аромат на сто метров, а манго … Мы тоже поделились с ними чем могли, отдали сигареты, кто-то даже рубахи свои. Тем временем солнце уже почти село, а наш водитель уже давно завёл мотор.
Вот так закончилась эта интересная рыбалка с аборигенами Сьерра-Леоне. А на судне нас поджидало ещё одно удовольствие. Банкет закончился, гости поразъехались. Секретчик выполнил моё поручение, и мы знатно поужинали деликатесами с барского стола, тем более, что гости оказались слабыми на выпивку.
— Интересно, на каком языке вы разговаривали с креолами из Фритауна, — поинтересовался Николай, собирая карты для сдачи. — Насколько я знаю, у них там особый язык, креольский, ни на что не похожий.
— Ты как всегда прав, Коля, — Женя широко улыбнулся, — со стороны было весьма забавно смотреть, как наш старпом договаривался с ихним старшим. В основном они руками махали.
— Кстати, у меня тоже есть история про преодоление языкового барьера, — Сказал Николай сдавая карты.
Рассказ Николая
— Не так давно мне довелось побывать в Бразилии.
— Ух ты, — удивился Сашка, — всю жизнь мечтал побывать в Рио-де-Жанейро — миллион мужчин и все в белых штанах. И как тебя туда занесло?
— Во-первых, это был не Рио, а Ресифи — крупный порт на севере страны, а занесло меня туда случайно, на борту нашего танкера. Мне надо было срочно вернуться домой, и я добирался, так сказать, на попутках. Не буду вдаваться в детали захода, но скажу, что режим на судне не такой строгий, как скажем у нас, экипаж не большой, комиссара нет. В общем, вечером я оказался в городе с ещё двумя моряками. Тут уж никуда не денешься, как на хоккее — выход тройками. Мы ребята хоть и молодые, но уже тёртые, немного покумекали, да и решили: «А не забить ли нам по шайбе в Бразильские ворота?»
— Ха-ха, — рассмеялся Женя, — шерше ля фам.
— Тоже мне Эзоп, — буркнул Игорь, — так и сказал бы, что на баб потянуло.
— Друзья, — Николай состроил обиженную мину, — мне что, нельзя метафору вструмить в повествование? Впрочем, могу сразу озвучить конечный результат, если вам не интересны подробности преодоления языкового барьера.
— Нет-нет, — загалдели картёжники, — давай всё с подробностями, больше не перебиваем.
— И так, как вы уже догадались, мы занялись поиском женщин с пониженной социальной ориентацией. Пошатавшись по городским улицам, мы поняли, что их тут нет, по крайней мере на улицах. Тогда оставался вариант поискать соответствующее заведение, тем более, что о них в Бразилии среди наших моряков ходят легенды. Вскоре мы наткнулись, как нам показалось, на подходящий вариант. Вот тут я и замечу, что в Бразилии португальский язык, а мы на нём ни бельмеса. Видим вывеску с красивыми девочками, а что там написано не понимаем. Зашли. По виду внутри как большое кафе, два этажа, столики на четверых, барная стойка. Взяли по бокалу пива. Цены щадящие, вполне по карману. Пошли на второй этаж — эдакий балкон, откуда всё видно. Сели за столик, ждём. Буквально через полчаса в зале стали появляться молоденькие девушки. Все такие красивые, аж под ложечкой засосало. Причём, самых разных цветов — и белые, и чёрные, и красные с жёлтыми, и смесь в разных пропорциях. Смотрю на них и думаю, на любой бы женился, настолько привлекательные. Мои друзья тоже, хоть и не подавали виду, но по глазам было понятно, что и они в шоке от такого изобилия красоток. Хорошо, думаю, выберу ка я самую красивую. Зацепил взглядом одну почти беленькую, да такую, что уже и не оторваться, а тут к ней сзади парень подошёл и обнял. Она повернулась к нему и поцеловала. Жаль, думаю, опоздал. Выбираю другую, тёмненькую, само совершенство, фигурка точёная, лицо европейское, а к ней тоже пацан подвалил, так она от радости на него аж запрыгнула. Оглядел я внимательно весь зал, вниз посмотрел, что-то, думаю, здесь не так. Народу уже собралось много. Не то что столики, всё пространство заполнили. Переглянулись мы с приятелями и поняли, не бордель это, больше на дискотеку похоже, и пора нам отсюда выбираться. Когда спустились с балкона вниз, там уже молодёжи как селёдки в бочке было. Ели к выходу пробились. Да, мы потерпели фиаско, но в памяти осталось твёрдое убеждение, что самые красивые девушки в мире это бразилианки. Однако время у нас ещё было, и мы не собирались останавливаться на полпути.
«Вот что, — говорю я моим товарищам, — видите вон там такси стоит? Учитывая ваши скромные познания в заграничных языках, я пойду поговорю с таксистом, они народ ушлый и наверняка смогут нам помочь». Я-то и по-английски говорю немного, и по-немецки, и по-испански тоже до десяти считать умею. Подошёл к такси и спрашиваю: «Омиго, ве риз, тут у вас, бордель, мучо гёрлз, ну это, джиги-джиги?» Таксист вылез из кабины и вопросительно так на меня посмотрел, недоумевая, что от него хотят. Я ему снова: «Компанеро, мы русо маринеро, — я ударил себя кулаком в грудь, — мы ищем гёрлз — я приставил ко лбу ладонь, — нам надо фоки-фоки — и я изобразил что нам надо, — пор фавор, — добавил я на чистом, как мне казалось, испанском». Таксист надолго задумался, видимо что-то соображая, а затем выдал длинную фразу на своём, из чего я понял только то, что в португальском языке много звуков «Ш».
— Извини, что перебиваю, — сказал Женя, откладывая картонку, куда он записывал результаты игры, — но мне кажется, что чем дальше от России, тем хуже с произношением. Когда-то, язык был у всех один, по крайней мере в Европе. Но в результате ожесточённых разборок пострадавшие, лишившись зубов, отползали от Руси на запад. А без зубов сильно страдает произношение. И вот уже следующее поколение пострадавших или шепелявит, как поляки, или сипилявит, как литовцы, а то и вовсе пишут одно, а произносят совсем другое, как англичане с французами, потому что когда-то, их видимо сильно битые предки были не в состоянии правильно выговаривать слова. — Женя собрал карты в колоду и отдал их Игорю. — Держи, ты следующий. Давай, Коля, продолжай.
— Таксист, увидев, что я ничего не понимаю, — продолжил Николай, — а лишь пожимаю плечами, вдруг свистнул куда-то вдаль, и из темноты нарисовался худющий такой пацанчик, лет пятнадцати. Таксист кивнул ему на меня головой и исчез в машине, а пацан подошёл и сделал вопросительное лицо. Я снова повторил свой монолог, снабжая его для убедительности соответствующими жестами. К моему удивлению он показал, что всё понял и не открывая рта, тоже жестами начал объяснять мне что и как. Глухонемой, сообразил я и позвал ребят. Дело пошло на лад, да так, что через несколько минут мы уже знали, что до борделя каких-нибудь пятьсот метров, а также, сколько стоит всё удовольствие. Он даже специально предупредил, чтобы мы не лоханулись и не заплатили больше положенного. А ещё он сказал, что пиво там почти бесплатно, а с нас за своё сопровождение он хочет всего одну бутылку. Вот так была решена проблема языкового барьера в далёкой и такой прекрасной стране Бразилия.
— Где все мужчины в белых штанах, а женщины самые красивые в мире, — с завистью выдохнул Сашка. —А как там в борделе, Коля, расскажи, не надул вас глухонемой.
— В борделе, Саня, всё как положено, читайте классику, ничего необычного, девочки правда не такие… — Николай щёлкнул пальцами, — как на дискотеке. Пацанчик честно заработал бутылку пива, а мы через пару часов благополучно вернулись на корабль. Я, пожалуй, с тобой соглашусь, Женя, — Николай взял со стола свои карты, только что сданные Игорем, — ну с какого бы хрена португальцам так полюбилась буква «Ш»? Видимо, испанцы их когда-то круто отделали.
— И теперь, — добавил Сашка, изучая свои карты, где явно просматривался «мизер» — они вместо спасибо говорят шпашибо. Я вот тоже припомнил случай
— Не лезь без очереди, — перебил его Николай.
— Да это не рассказ, а так, замечание, а то забуду. Набирал я как-то в ансамбль ребят. Подобрал голосистых моряков, репетируем песню из Весёлых ребят «Не минуты покоя». Вдруг слышу, что-то в припеве не то. Попросил по очереди всех пропеть. И тут один из них, Артём, выходец с Кавказа, поёт: «Нэ минуты пакоя, нэ секунды пакоя». Я ему: «Артём, у тебя сильный акцент, тебе нельзя с нами петь». Он сильно обиделся, посмотрел на меня враждебно и выдал: «Нэт у миня акцента!». Ну, тут мы все со смеху так и покатились. Парень-то был хороший. Я ему потом предложил одному спеть песню, где его акцент стал украшением номера. Помните у Градского есть песня «Мне нужна жена, лучше или хуже. Лишь была бы женщина, женщина без мужа…» — напел Сашка. — а теперь представьте то же самое с его акцентом. Мнэ нужен жена… — изобразил кавказца Сашка, — ну и так далее. Успех был грандиозный и Артём ходил по судну как поп-звезда.
Что ты нам сегодня расскажешь, Игорёк? — сказал Сашка, после того как ребята закончили смеяться.
— Мне, конечно, тяжело с вами тягаться, — всё ещё похохатывая начал Игорь, расскажу ка я вам, пожалуй, про свой первый рейс, давно это было, а помню всё как сегодня, до мелочей. А почему я про первый, да потому, что в нём я подумал тогда, что море — это не для меня. А сегодня я уверен в обратном.
Игорь задумался, прикидывая с чего начать.
продолжение следует.
Следующая часть главы 10 (продолжение):
Предыдущая часть главы 10 (начало)
Вся повесть: