Большая часть населения пассивно ждёт исхода борьбы.
В этой ситуации проигравшая выборы Тихоновская, уже провозгласившая себя президентом Белоруссии и ее спонсоры, решили поднять ставки. И хозяева зарубежного телеграм-канала НЕХТА, поддерживающие воспламенившееся пламя майдана и подбрасывающие уголек в его топку, призвали организаторов боевиков, к ночным выступлениям майданутых. Майдан должен быть конфронтационным. В первую очередь, предполагалась попытка освобождения из следственного изолятора заключённых, включая бывших и несостоявшихся кандидатов в президенты. Под угрозой находились и правительственные здания. Брось оппозиция толпу на штурм, Президент вынужден был бы в режиме реального времени, принимать решение о смене тактики.
То ли поручить ОМОНу действовать жёстко. Но тогда оппозиция вновь обвинит режим в зверствах и заявит, что он нарушил собственное обещание не разгонять мирные митинги.
То ли дать силовикам команду пассивно защищаться, не допуская прорыва толпы на охраняемые объекты, но без жёстких задержаний. Тогда оппозиция получила бы нужную картинку: безвольно стоящая трусливая милиция и атакующий её красивыми коктейлями Молотова «рассерженный народ».
В обоих случаях оппозиция могла рассчитывать на некоторое увеличение своего протестного потенциала, за счёт присоединения тех, кто голосовал против Лукашенко, но до сих пор сидит дома. Только по официальным данным, 10% Тихановской составляют около 600 тысяч человек. Ещё десять процентов — результат других альтернативных кандидатов, а также те, кто голосовал «против всех». Пока что на улицы белорусских городов не вышла даже десятая часть от проголосовавших за оппозицию, по версии центрального избиркома. Учитывая же, что оппозиция приписывает себе победу на выборах (для этого за неё должны были проголосовать не менее трёх миллионов человек, а то и все четыре), сегодняшняя уличная поддержка майдана составляет от 1% поддержавших Тихановскую (по версии оппозиции, дающей ей 56-80% голосов) до 5-6% (по версии власти, считающей, что за неё проголосовало 10% избирателей). Так или иначе, но потенциал увеличения активного протеста, обычно измеряющийся 10% от уровня пассивной поддержки, у оппозиции есть. Её задача заключается в том, чтобы этих людей мобилизовать и толпу вывести на улицы.
Но ночь в Минске прошла спокойно. Оппозиция не смогла выполнить задачу, поставленную зарубежными кураторами. Можно предположить, что мобилизация на дневные митинги 16-17-го числа, где надо было кровь из носу обеспечить перевес над Лукашенко, её истощила (людям банально надо иногда отдыхать).
У правительства появился шанс перевести готовившийся майданный блицкриг в длительное противостояние.
Это первый раз, за эти беспокойные дни, когда оппозиция, имея благоприятные условия для продолжения и расширения своего выступления, остановилась. Поскольку, майданы готовятся заранее, годами и все их участники за много месяцев до начала уличных выступлений хорошо знакомы с тактикой и стратегией будущего протеста, было бы глупо предполагать, что оппозиция, не пошедшая на добивание Лукашенко, совершила тактичесую ошибку. Тем более что, их кураторы активно подталкивали майдан к дальнейшему более активному наступлению. Ситуация тормознулась, оппозиция была вынуждена взять паузу (ночью не так заметно) для отдыха. Переформирования своих рядов и подготовки нового наступления. Для продолжения успешно начатого давления на власть у неё просто не хватило резервов.
В таком случае избранна оппозицией тактика, со ставкой в основном на боевиков, в том числе завезённых из-за рубежа. Отказом от палаточного лагеря в столице и отданием предпочтения активным боевым действиям с перебежками, как в Минске, так и по всей Белоруссии, начнёт работать против неё. Активные группы подготовленных боевиков хороши для растягивания силовиков, но они абсолютно непригодны для наращивания численности протеста. Обычных «людей с хорошими лицами» проще привлекать в долговременные палаточные лагеря, куда они приходят в свободное время и которые покидают, когда пора на работу.
Аналогичным образом, заявленные забастовки требуют подпитки улицей. Майданные группы на предприятиях без поддержки извне, рано или поздно задохнутся. Их действия были рассчитаны на разовый всплеск и быстрое наращивание протеста. Аналогичным образом, без поддержки резко нарастившей свои ряды улицы, останутся без последствий «увольнения в знак протеста» журналистов и дипломатов, «письма знаменитостей, учёных» и прочее. Они могли дать толчок массовым переходам на сторону майдана только в том случае, если бы протест нарастал и дальше, а власть не успевала бы реагировать на новые и новые очаги.
Очевидно, что оппозиция опоздала с мобилизацией протестного потенциала, не сумела достичь достаточной численности митингов к моменту критического перелома. Но это не значит, что она уже сдалась.Сейчас, словно у немцев, после сражения под Вязьмой, идёт переформатирование её рядов, подготовка ко второму броску блицкрига. Это будет попытка победить на выдохе, но немцам, она почти удалась — немецкие танки остановились в тридцати километрах от тогдашней Москвы, в пределах нынешней черты города (как минимум почти вся Новая Москва была занята). Во-вторых, мы не знаем, готовился ли белорусский майдан только к блицкригу, или у него был запасной план на случай затяжной войны с режимом. Если запасной план был, оппозиция сейчас только сменит тактику противостояния. Если нет, она либо будет пытаться продавить блицкриг (тогда мы увидим новый этап её активности), либо попытается перестроится на ходу (это у неё вряд ли получится, скорее всего, выродившись в ряд судорожных, плохо согласованных между собой акций).
Лукашенко получил свой шанс. Сейчас ему необходимо перехватывать инициативу. Учитывая, что оппозиция временно сама, бездарно сдала улицу. Время необходимо использовать на чистку рядов. Первыми из чиновников Лукашенко, начали предавать макеевские дипломаты. Сразу после начала митингов послы Белоруссии в Словакии и Швейцарии поддержали требования оппозиции.Это явная измена дипломатов. Не зря и внешнюю, и информационную политику контролировала группа Макея, которая и привела Лукашенко к майдану и продолжает вести его по майдану к поражению и сдаче власти. Это именно Макей восемь лет монопольно формировал дипломатическое ведомство. Это он отвечает за его состав, за моральный дух и лояльность послов и прочих сотрудников. Если после всего, что произошло, Лукашенко не отправит его в отставку, значит, он намерен любой ценой сохранить западный вектор своей внешней политики, а тогда ему уже ничто не поможет.
Необходимо также разобраться с предательством в среде журналистов, учёных, директоров, способствовавших организации забастовок. Идеально — показать народу покаявшихся провокаторов, разоблачающих технологии создания картинки «массового протеста». Пока улица ушла на второй план, надо восстанавливать полноценный контроль над аппаратом и информационным пространством. Если успеть всё это сделать до следующего прилива улицы, то вторая волна майданного блицкрига окажется куда менее неожиданной и страшной, чем первая. Если бездарно провести время в «конституционных совещаниях», то новый шанс можно и не получить.