Начало здесь (глава 1)
Аннотация
1995-й год. Одна страна разрушена, другая ещё не построена. Девушка Галя из приморского городка уезжает в крупный райцентр и поступает в педагогический институт. Но жизнь ставит Галю перед выбором. С одной стороны безденежье, желание вырваться из нищеты и жажда красиво жить, как рисуют на глянцевой обложке Cosmo, а с другой стороны студенческая любовь. Что принесёт счастье Гале?
Глава 18
Я проснулась ближе к обеду. Вчерашний вечер закончился поздно. Кроме того, ещё долго пришлось убеждать Марью Михайловну пустить меня в общежитие. Поначалу она меня вообще не узнала, через слово называя «пьяной шалавой», которая «дверь перепутала», но, в конце концов, успокоилась, и впустила, пригрозив, что если я ещё раз так без предупреждения уйду, то она оставит меня под дверью.
В комнате Наташи и Ольги ещё не было, видимо, в клубе оттанцовывали ещё, а вот Света уже спала. Поэтому наскоро умывшись и скинув новый наряд на пакеты, я тихонько завалилась спать. Внезапно меня осенила мысль: а чего я ей денег не дала? Меньше шуму бы было. В следующий раз так и сделаю. В следующий раз?!!! Меня будто обожгло и я села на кровати. Какой такой следующий раз? Я же не собиралась!
– Ну, ты и спать, мать! – смеющимся голосом сказала Света.
Я обернулась. Наташи и Ольги не было. Приходили они или нет? Света с книгой сидела на кровати. Вдруг она спрыгнула, подлетела к пакетам и схватила моё платье.
– Слушай, это ж какая красота! Наташка вся обзавидовалась! – она крутила его во все стороны. – Покажи остальное, а?
– Я всё равно всё верну, – я слезла к кровати, заглянула в пакеты и обомлела.
Кроме того что я вчера примеряла, там лежали ещё какие-то вещи, явно не те, в которых я пришла: брючки, юбка, блузки, несколько свитеров и пара крупных коробок с обувью. Каждая новая вещь, которую вытаскивала Света, задыхаясь от восторга, ложилась тяжёлым камнем на мою грудь, стягивая всё сильнее руки. Пропасть совершённого по отношению к Володе предательства, казалось, разверзалась всё больше и больше. Когда подруга села на пол, прижимая к груди кожаные ботинки отороченные мехом, я с силой выхватила их из её рук и стала лихорадочно собирать вещи обратно.
– Не трожь! – меня душили слёзы, как же так? Как я смогу спокойно смотреть в глаза Вове, если всё это возьму?
– Дура ты, Галька! – обиделась Светка, поднимаясь с пола. – Посмотри, все проблемы твои решены. Только знай, крути хвостом, да голову включай во время. Будешь, как сыр в масле кататься.
– Не хочу я такой сыр! Сами ешьте эту плесень, – выкрикнула я, вдруг вспомнив к чему-то сыр с плесенью, который недавно видела в магазине. – Я Вовку люблю!
– Он, кстати, вчера заходил…
– И?.. – сердце упало.
– Я растерялась сначала, а потом Ольга сказала, что к тётке срочно уехала в Серпухов. Ей там плохо стало…
– Тётка в Серпухове?! Я ж говорила, что нет у меня здесь родни, – к голове прилила кровь.
– Ну, не надо было вчера уезжать! – Светка обиженно отвернулась и залезла на кровать.
– Извини… – буркнула я, запихивая ботинки.
В дверь постучали, и Светка, отработанным голосом, привычно преображаясь на глазах, крикнула:
– Минутку, – она вскочила и побежала открывать.
– О! Пропажа приехала! – добродушно воскликнул Володя, вваливаясь в комнату и хватая меня в охапку.
На мгновение я забыла всё, что произошло в последние дни, уткнулась ему в плечо и блаженно втянула в себя его аромат. Рядом с ним все заботы отступили и, казалось, что всё, что произошло – это не со мной, а я просто зачиталась каким-то безумным романом. Вдруг желудок заурчал, давая знать, что неплохо было бы поесть.
– С тётушкой всё в порядке? – мягко поинтересовался Вова, прижимая меня крепче к себе.
– Да, всё хорошо. На самом деле она решила переехать поближе к матери. Я помогала ей собраться, – я решила сразу отделаться от вранья, чтобы никогда к нему не возвращаться, и была благодарна Вове, что он не стал высказываться мне, что никогда не слышал о тётке из Серпухова.
– Пойдём, прогуляемся? – предложил он.
– Только недолго, сегодня ж на работу… – я отошла к кровати, на ходу прикрывая её покрывалом. Желудок заурчал, и я вдруг представила перед собой сочный ароматный хот-дог. Рот мгновенно наполнился слюной.
– Ого, у вас тут пакетики фирменные, – присвистнул Вова, показывая на бумажные пакеты у моей кровати. – Кто это так офигительно приоделся?
– Да, это Ольга с Наташей зарплату получили, – отмахнулась я, отворачиваясь, чтобы Вова не увидел, как я краснею.
– Похоже, они немало получают, раз могут в таком магазине затариться.
– Да, продавцами на лотке работают, – ложь затягивала меня всё глубже.
– Ты тоже так зарабатываешь? – удивлённо вскинул бровями Вова.
– Нет, я у другой хозяйки работаю.
– Так перейди туда.
– Но я не буду успевать учиться тогда, там нужно гораздо больше работать.
От раздражения у меня зачесались ладони. Эх, сейчас бы на улицу выбраться, подальше от всего этого, чтобы не объясняться, заодно хот-дог можно купить. Но Володя уже перестал меня донимать вопросами и переключился на Свету.
– Как, Светик, твой бизнес идёт? – он уселся рядом с ней на кровать и посмотрел на обложку книги. – Я думал, ты педагогику читаешь, а ты основы бизнеса осваиваешь? В педе по этому предмету тоже экзамены будут?
Я аккуратно, чтобы Володя не заметил, подтянула пакет, в котором лежали мои аккуратно сложенные вчерашние вещи, и, сделав вид, что ищу что-то упавшее на полу, их вытянула.
– Так этому ж тоже учиться нужно! – пожала плечами Света. – Вот тебя этому в твоём политехе явно не учат, как ты бизнес построишь, а?
– Так я и не собираюсь бизнес строить, я инженером в Даймлер бенс уеду, – усмехнулся Володя. – Как-нибудь без спекуляций проживу.
– Это не спекуляция! – вскинулась Света.
– Вов, пойдём, гулять, – мой желудок снова заурчал, а слушать очередные препирательства подруги и Вовы мне совершенно не хотелось. – Умираю, хочу хот-дог.
Через полчаса я с хот-догом в одной руке и литровой колой в другой радостно вышагивала по проспекту Ленина. В душе играла музыка, и, казалось, что ноги вот-вот пустятся в пляс. Я вписалась зубами в нагло торчащую сосиску и край ароматной булки, а Володя шёл рядом и тоже нёс свой уже покусанный хот-дог.
– Боже, Володя, как ты можешь есть эту гадость? – ворвался в наш мир Ольги Степановны.
Мир съёжился, а мы снова оказались на сером проспекте, под ногами хлюпала то ли слякоть, то ли остатки первого снега, а с неба сыпалась сырая крупа – уже не дождь, но ещё и не снег. Булка стала поперёк горла, и я глотнула колу из горлышка.
– Здравствуйте… – мне, наконец, удалось выдавить из себя хотя бы приветствие.
– Колу вредно пить, разве вы не знаете об этом? – холодно чеканя каждое слово, произнесла мама Володи. – Володя, тебя Лена ищет уже второй день. Ты почему ей не позвонил вчера?
– Мама, я не хочу сейчас говорить об этом, – Володя встал ко мне ближе. – Мы сейчас погуляем, я провожу Галю на работу и приду домой.
– Хорошо, дома, – она сделала ударение на последнее слово, развернулась и, не прощаясь, пошла дальше.
– Она меня не любит.
Я взглянула на хот-дог, но у меня пропал аппетит, и я опустила руку: выкидывать всё же было жалко. Пусть даже и Володя заплатил. Я завернула хот-дог в пакет, не глядя, сунула в сумочку и глотнула колу – больше хотелось пить.
– Ничего, пройдёт, – беззаботно отмахнулся Володя. – Она просто к Ленке привязалась, а так поначалу и её не любила.
Пока мы добрели до парка, настроение вернулось. Уже у пруда желудок напомнил, что он не доел свой завтрак. Я плюхнулась на первую попавшуюся лавочку и, положив сумочку на колени, сунула внутрь руку. Пальцами нащупала какие-то бумажки, и уже забыв о том, что было два дня назад, вытащила их без всякой опаски. В руке я сжимала две купюры по пятьсот долларов.
Продолжение здесь (глава 19)
Все опубликованные главы доступны по тегу депутатка гурская.