Всем привет!
Здесь первая и вторая часть.
Вчера мы оставили Пугачева в крепости Татищевой, а правительственные войска объединились под руководством Бибикова. Последний отправил к Татищевой отряд во главе с князем Голицыным. Нельзя сказать, что Голицын легко сладил с Пугачевым: по его собственным словам, он удивился военному познанию Пугачева. Мятежники сделали сильную вылазку из крепости. По ним открыли огонь егери, которые по приказу Бибикова в лыжах прошли по снегу и заняли все высоты. Бой длился более 3-х часов. По факту, поле осталось за Голицыным, но сам Пугачев с 60-ю казаками успел пробиться и ускакал в Бердскую слободу. Обычно, в таких ситуациях пораженный соперник завершает свою "карьеру". Почти так случилось и здесь: в Бердске сообщники Пугачева решили, что продолжать войну после поражения бессмысленно и отправили депешу нашему другу Рейсдорпу, в которой обещали выдать Пугачева. Пока бедняга Рейсдорп опять терял время и думал, принимать предложение или нет, Пугачев сбежал, захватив с собой 2000 казаков. Номинально, в войне произошел перелом: Оренбург больше не опасался осады, а войско мятежников было разбито. Но эта война была другой по своему характеру: ресурс восставших был восполняем. И хотя Бибиков отправил разъезды, чтобы поймать Пугачева, сам Пугачев объявился в 24 марта в Сеитовской слободе, а потом Сакмарском городке. Его позиции среди населения были по-прежнему сильны и оба городка быстро восстали, попутно создавая новую армию бунтовщиков (это к вопросу о восполняемости ресурса).
Между тем, Пугачев оказался в отчаянном положении: крепости, захваченные им ранее, постепенно падали под ударами Бибикова, Голицына и Михельсона. Чтобы не завершить кампанию досрочно и печально для себя, Пугачев быстрыми переходами прошел несколько дней и оказался в Башкирии, где к нему снова присоединились успокоившиеся ранее башкиры. К восстанию примкнули и известные хоккейным болельщикам Салават Юлаев и его отец Юлай. Как итог, потушив пожар в одном месте, правительственные войска не успели предотвратить его в другом. И если Пугачев в быстрых переходам не то что не терял силы, а даже прирастал ими, то преследовавший его по пятам Михельсон не мог набрать ни армии, ни провианта. Поэтому победы Михельсона на Саткинском заводе и по дороге в Уфу приносили только локальный успех. Ведь остальные генералы не спешили помогать Михельсону: Декалонг, Фрейман и другие по разным причинам бездействовали, а Голицын оставался в Оренбурге. Все это давало Пугачеву возможность действовать более-менее свободно. И в начале июля он появился под стенами Казани. Начальник казанского конного легиона полковник Толстой выступил против Пугачева и в 12 км от города произошло сражение. В ходе битвы Толстой был убит, Пугачев подошел к стенам Казани и смело выехал на осмотр укреплений. По результату осмотра штурм города был запланирован на 12 июля.
Утром 12 июля пугачевцы начали штурм. Из описания штурма города видно, что именно тактика захвата была продумана на неплохом уровне: одновременный охват с двух сторон, захват высоких позиций для обстрела, собственно обстрел наиболее важных участков города - все как по учебнику. Тем удивительнее, что взяв город и повергнув его в огонь, Пугачев увел войска в свой лагерь. Туда же привели пленников, которым предложили "служить Петру Третьему". Многие согласились. В то же время в Казани бушевал огонь. И когда на следующее утро жители ожидали повторного штурма от Пугачева, за стенами города стоял уже Михельсон, а Пугачев снова ускользнул.
Оказалось, что Михельсон, хоть и отстав, продолжал преследовать Пугачева. В ночь после штурма Казани, Михельсон подошел к лагерю Пугачева. Последний рассудил, что имеет численное преимущество и главная задача - не дать Михельсону соединиться с оставшимся в живых гарнизоном Казани. Но в этот раз не успел помешать и, снова оставив поле Михельсону, ушел от стен Казани. Преследовать его было невозможно: люди и лошади были истощены.
15 июля Пугачев вернулся, снова пополнив свои ряды до 25 тысяч человек. И снова проиграл. Спешно отступая, он путал следы, 18 июля неожиданно перешел Волгу и оказался на ее западном берегу. На берегу, который не замедлил восстать, присоединиться к войску Пугачева и, фактически, в третий раз война началась с начала.
Четвертая часть здесь
