Как-то раз одному танцовщику стало плохо прямо во время представления. Он начал приволакивать ногу, движения его становились рваными. Похоже, с ним случился инсульт. По-хорошему артисту нужно было лечь на сцену или уползти за кулисы и ждать помощи. Но он был воспитан жестокой балетной школой и видел для себя только одно решение – героически умереть на сцене. Второй вариант – выжить – он, похоже, даже не рассматривал. Артист пытался продолжить танец, но выглядело это ужасно. И глупо: представление все равно было сорвано. В данной ситуации нужно было думать не о зрителях и их впечатлениях, а только о себе. Меня тоже воспитывали в послушании. С ощущением важности того, что подумают окружающие. Прилично – неприлично, пионерия и социализация – всё это проехались по мне катком. Например, мне было стыдно уйти из школы, где меня буллили. Я утирала слезы и со словами «я не могу подвести товарищей» возвращалась в ненавистный класс. Но однажды что-то пошло не так, и я всех послала. Жаль