Я пишу тебе часто, но ровно одно: Что сомнения в душу влезают, в окно. Я забыл закрыть ставни, теперь через них Проползает бессонница – страха двойник. Я забыл, что такое спокойствие сна. Я забыл, что бывают другие слова, Вместо вздохов и криков в ночной тишине, Я забыл, что бывает и что-то извне. Беспокоит буквально все в зрении поля, Будь то: месяц, луна, ветер, запахи, воля. И размашист, речист неразборчивый стих. В мыслях бред, в письмах бред, бред проник даже в них.
Я пишу тебе часто, но ровно одно:
Что сомнения в душу влезают, в окно.
Я забыл закрыть ставни, теперь через них
Проползает бессонница – страха двойник.
Я забыл, что такое спокойствие сна.
Я забыл, что бывают другие слова,
Вместо вздохов и криков в ночной тишине,
Я забыл, что бывает и что-то извне.
Беспокоит буквально все в зрении поля,
Будь то: месяц, луна, ветер, запахи, воля.
И размашист, речист неразборчивый стих.
В мыслях бред, в письмах бред, бред проник даже в них.
