Что... Что случилось... Под какую машину...
Я вернулась из мира, где не существовало времени и боли, пространства и расстояния, добра и зла, света и тьмы. Обратно, туда, где каждая видимая вещь имеет свои границы, текстуру, размеры, массу, и значит то, что значит.
Туда, где основным средством коммуникации являются слова, а не мысли и энергия.
Я почувствовала насколько наш мир примитивен и прост. Наверное, это можно сравнить с путешествием во времени, так, как оно выглядит в фильмах, когда путешественник возвращается в прошлое и видит, на каком примитивном уровне находится развитие техники. То же самое было и со мной, только вместо техники был, если можно так выразиться, дух вселенной, человечества.
Мои способности контактировать с окружающими предметами и людьми были настолько ничтожны, поверхностны и допотопны, что ощущение беспомощности и слабости захлестнули меня.
Не могу более понятно и доходчиво объяснить этот переход. Все происходит на чувственном и еще одном, более высоком уровне понимания, описать который словами нельзя, да и нет таких слов.
Я подняла руку, чтобы поправить волосы с лица, но к моему удивлению не ощутила, как рука убирает прядь волос. Хотя кинестетическое чувство отчетливо давало мне о том, что моя рука согнута в локте и находится в области лица, я ощущала ее расположение в пространстве и даже могла пошевелить пальцами.
Что такое, как это может быть? — спросила я себя, и взглянула на нее.
Но вместо руки я увидела обрубок, длиной 10-20 сантиметров, забинтованный, торчащий на месте моей правой руки.
То есть я ее чувствовала, но не видела.
По всей видимости медсестра увидела мою растерянность и сказала: врачи делали все возможное, но руку вам спасти не удалось.
Я рванулась, попыталась встать, не знаю зачем, наверное от испуга, отпрыгнуть от того места, где у меня нет руки, и сказать: позвольте, мне это не подходит, верните как было, но резкая боль в области левой груди заставила меня скорчиться.
-Нам не удалось спасти вашу руку, но мы спасли вам жизнь. Металлический штырь пробил вашу грудь в области сердца насквозь, — сказала медсестра.
Я лежу под белой простыней, у меня нет правой руки и задето сердце, — думала я.
Блин... Блин... Блин...
Он же меня спрашивал, согласна я отдать ему мою руку и сердце, и я сама согласилась. Неужели это все было в самом деле? Слезы покатились по моим щекам.
Я посмотрела на медсестру, а она, взяв меня за левую руку, сказала:
Не расстраивайтесь так, вы остались живы, и это главное. Вы сами так решили.
Что?
На меня смотрели два небесно голубых глаза, в них читалась вселенская радость, благость. И эта улыбка. Да-да, улыбка, я узнала ее сразу.
Не знаю сколько это продолжалось, но от переполнявших меня чувств я просто уснула. Когда пришла в себя, ее рядом не было. Я спрашивала у персонала, кто работал в тот день, но мне сказали, что такой медсестры вообще у них не числится и смотрели на меня как на больную. Они не могли понять чему я так радуюсь и прозвали меня «Блаженной».
Прошло два года с того случая.
Я счастлива. Никаких видений у меня нет. И вот, еще у меня родился прекрасный мальчик, я назвала его... Да вы наверное и сами догадались как...