Сдача крови

Девушка рядом намурлыкивала под нос какую-то знакомую, но уже довольно старую мелодию. Из-за шума и расстояния разобрать не мог. Очередь двигалась со скоростью мопса, только проснувшегося от анестезии. Время от времени с потолка раздавался голос, приглашавший номер в процедурную, и кто-нибудь уходил. Я оглядел людей, сложно что-то сказать про эту белую массу: все в одноразовых комбинезонах, медицинских масках и защитных очках. «Добровольцы», пришедшие по разнарядке сверху. С одной стороны полезная инициатива, что все переболевшие обязаны сдавать кровь, с другой... Те кто не сдаёт лишается большей части прав.

— Да к чёрту ваши скидки на электричество! Я и так за этот месяц уже сдал, - закричал парень откуда-то из середины очереди.

Он двинулся в сторону выхода. С разных сторон к нему двинулись парни в костюмах санитаров. Двое взяли его под руки, третий вежливо ударом резинового кастета в грудь, объяснил о необходимости крови от данного товарища для победы над страшным новым вирусом и проклятой загнивающей Америкой. После чего протащили обмякшее тело в сторону процедурной. Мы все старательно не смотрели на эту четвёрку. Я взял листовку о пользе донорства. На ней глава правительства с улыбкой смотрел в камеру, а нарочито сексуальная медстестра в коротеньком халате с глубоким вырезом устанавливала катетер для забора крови. Ниже была надпись большими красными буквами «ТВОЯ КРОВЬ НУЖНА НАМ!» На следующих страничках были интервью со звёздами телевидения и радио, рассказывающими об позитивных изменениях в жизни после сдачи крови. На предпоследней страничке был список карточек-бонусов за донорство. Ну и на последней список противопоказаний и уголовная ответственность за сдачу плохой крови, за не сдачу, за сдачу за другого человека, за слишком частую сдачу и прочие махинации. Я читал её уже третий раз за месяц. Посмотрел немного на экран телевизора, там шёл какой-то концерт с лицами неизменными со времён начала века. Может их уже давно заменили на роботов, голограммы или клонов? Это многое объяснило бы. Концерт закончился, начался репортаж новостей. Привычные список новых смертельно-опасных болезней, количество заболевших, небольшая цифра выздоровевших от каждой хвори, чуть меньшая — умерших. После очередной облёт главы церкви с чудодейственной иконой над очередным заражением, какой-то крёстный ход против другой бяки. Привычное обращение президента к людям и чиновникам. Я заметил парня, желавшего свалить, выходящего из процедурной. Он покачивался, но глаза были довольны. Хороший трюк провернул. Надо будет попробовать, когда буду сдавать за себя. Я прошёл к стенке, там был хромированный столбик. Используя его, как зеркало, проверил расположение линзы с фальшивой радужкой. В руках у меня лежали такие же фальшивые документы.

— Номер К-702, пройдите пожалуйста в процедрную.

Я отправился к месту первичного осмотра перед забором.

— Ну что же, давайте возьмём для начала кровь из пальца, вы же не хотите, что бы забраковали?
— Конечно же не хочу.

Укол в палец, кровь сама наполняет маленькую пробирку. Женщина лет сорока, положила её в специальный контейнер, и та умчалась по пневмотрубе куда-то в глубь комплекса.

— Василиса Егорьевна, сдавали кровь в этом месяце?
— Нет. Я переболел только два месяца назад.
— Стоп. Почему Вы Василиса Егорьевна?

Женщина всё-таки заметила несоответствие между девушкой в документах и парнем в реальности.

— Я сменил пол. Ещё до третьей всеевропейской пандемии. Но не смог поменять документы. А потом было как-то не до того. Кое-как скан сетчатки смог сдать.
— О. Кстати. Как я могла забыть.

Сердце моё бешено колотилось. Давление подскочило. Хотя может так даже лучше будет? А не как в первый раз за месяц, когда с меня каплю по каплей еле норму выдоили? С фальшивыми линзами сдавал в первый раз. Если получиться, то проставлюсь хорошим китайским чаем мастеру.

Сканер сетчатки ярким синим лучом зарядил мне в глаз. Через тридцать секунд на экране компьютер высветилось имя какой-то Василисе Егорьевны. Женщина удовлетворённо вздохнула.

— Из какой руки брать будем?

Я задумался. На левой ещё слишком свежие следы от предыдущих заборов, на правой почти зажившие.

— Из левой, — уверенно сказал я.
— Хорошо. Давайте правую.

На этой ерунде меня уже не поймать.

— Так. А это что за следы?
— Я же говорил, что только два месяца назад переболел. У меня долго заживает. Смотрите, как порезался три месяца назад, — сказал я и потянулся к маске.
— Не снимайте маску. Ясно. Плохая сворачиваемость крови. Ватку и пластырь не забыли?
— Как можно?

Спустя какое-то время я пошатываясь вышел из процедурной. В руках было направление на получение универсальных талонов. Получив их и одежду, я отправился на работу. В субботу поеду на «Марк». Там обменяю два талона на сигареты и, скорее всего, на патроны. Это уже можно будет обменять на что-то стоящее.