Город трёх революций, город трёх имён. Мы знаем его как Санкт-Петербург, Петроград, Ленинград. Но у города есть много и неофициальных названий, и одно из них пережив 250 лет по-прежнему в нашем обиходе. Но обо всё по порядку.
По историческому преданию 16 (27) мая 1703 года в устье реки Невы, на одном из многочисленных островов, который в последствии назвали Заячий, основали крепость. Никакого официального имени ей в тот день не дали. Судя по «Поденной записке Петра Великого», сам царь при этом даже не присутствовал. Только в Петров день, 29 июня, там же заложили церковь, и тогда крепость получила название по имени своего небесного покровителя.
30 июня царь оставил пометку на письме, которое получил от боярина Тихона Стрешнева: «Принята с почты в Санкт-Петербурхе», на следующий день он сам писал: «Из Санкт-Питербурха», а 7 июля: «Из новой крепости Питербурга». Писать название то слитно, то раздельно, то с «е», то с «и», то с «х», то с «г» продолжали еще не один десяток лет. Петр I чаще всего писал на голландский манер: Санкт-Питербурх, что и принято считать первым именем города.
До конца неясно, когда название распространилось на растущий вокруг крепости город, а саму крепость стали называть Петропавловской. В письменных свидетельствах петровских времен город называли и Питерполом, и S. Петрополисом, а крепость еще много лет продолжала быть Санкт-питербурской фортецией и Санкт Питер Бургской фортофикацией. Вероятнее всего, никакого формального переноса названия крепости на город и переименования крепости не было, и этот процесс занял несколько десятилетий.
Петр I неоднократно называл строящийся город Парадизом. Так, в 1710 году он писал Меншикову:
«…И вас бы нам здесь видеть, дабы и вы красоту сего Парадиза (в котором добрым участником трудов был и есть) в заплату трудов своих, с нами купно причастником был, чего от сердца желаю. Ибо сие место истинно, как изрядный младенец, что день, преимуществует».
Греческая версия названия города Петрополь, существовала наряду с другими вариантами изначально. 16 июля 1703 года ближний стольник и будущий канцлер Петра I Гавриил Головкин писал:
«Сей город новостроющийся назван в самый Петров день Петрополь и уже онаго едва не с половину состроили».
Этот вариант прижился в поэзии XVIII века на фоне повального увлечения античностью. В 1748 году Ломоносов использует ее в «Оде на день восшествия на престол Елисаветы Петровны»:
Петрополь, небу подражая,
Подобны испустил лучи.
А вот строчки из оды Державина «К первому соседу» 1780 года:
Петрополь сосны осеняли —
Но, вихрем пораженны, пали,
Теперь корнями вверх лежат.
Или из его же оды «Шествие по Волхову российской Амфитриты» (1810):
Петрополь встает на встречу;
Башни всходят из-под волн.
И, конечно, «Петрополь» — одно из многочисленных названий города в пушкинском «Медном всаднике»:
И всплыл Петрополь, как тритон,
По пояс в воду погружен.
Свою роль здесь сыграло то, что по-гречески «петрос» (πέτρος) значит «камень». Еще Христос видел в имени апостола Петра повод для каламбура и предлагал заложить его, как камень, в основание своего храма: «Аз же тебе глаголю, яко ты еси Петр, и на сем камени созижду Церковь Мою» (Мф. 16:18). Каменная архитектура была главной особенностью нового центра деревянной России, и в 1712 году, когда столица была перенесена в Петербург, девизом городского новогоднего праздника стало «Бог, укрепи камень сей» — такая надпись была помещена на стене Петропавловской крепости на время торжественного фейерверка.
Название «Северная Пальмира» появилось в XVIII веке, после воцарения Екатерины II. В 1750–1751 годах двое англичан — Джеймс Докинз и Роберт Вуд — совершили первую экспедицию на руины всеми забытой Пальмиры, а уже в 1753-м Вуд опубликовал труд «Руины Пальмиры» на английском и французском языках. Книгу подарили императрице с подписью «Екатерине II, Зиновии Северной Пальмиры». Этот образ прижился, и холодный Петербург стал городом пальм. В стихотворении «Изображение Фелицы» (1798) лирический герой Державина обращается к Рафаэлю с просьбой написать портрет Екатерины и дважды сравнивает с пальмой саму императрицу:
Как утрення заря весення,
Так улыбалась бы она;
Как пальма, в рае насажденна,
Так возвышалась бы стройна.
Как пальма клонит благовонну
Вершину и лице свое,
Так тиху, важну, благородну
Ты поступь напиши ее.
Главное неофициальное название Питер, появилось вскоре после его основания как сокращение от «Санкт-Питер-Бурх». Первое письменное упоминание «Питера» отдельно зафиксировано в комедии Фонвизина «Недоросль» в 1764 году. От слова «Питер», в свою очередь, пошло финское название города Pietari. Хотя название принято считать простонародным (в «Истории государства Российского» Карамзин отмечал: «Простой народ говорит у нас Питер вместо Петербурга») и зародившимся в среде рабочих, которые строили город, в XVIII веке его уже использовали и в литературе (например, Радищев в «Путешествии из Петербурга в Москву»), и в письмах, и в мемуарах. В начале XIX века его зафиксировали народные песни «Как во славном во городе во Питере» и «Идет мужик из Питера», а неформальное название Питерская заслужили Тверская улица в Москве и ее продолжение (теперь эту дорогу, действительно ведущую в Петербург, на законных основаниях зовут Ленинградкой).
С переименованием города в Ленинград слово «Питер» никуда не делось — его использовал даже Сталин.
Сегодня, жителями города, название – Питер - не приветствуется. Одно дело при СССР шикануть и на вопрос – откуда ты? Ответить, … из Питера, как бы отгораживаясь от Ленинграда. И другое дело сегодня. Санкт-Петербург!
Источники:
Анисимов Е. В. Императорская Россия.
СПб., 2011.
Анисимов Е. В. Петербург времен Петра Великого.
М., 2008.
Лурье Л. Я. Переименование Петербурга в 1914 году: роковая смена имени.
Николози Р. Петербургский панегирик ХVIII века: миф — идеология — риторика.
М., 2009.
Синдаловский Н. А. Книга перемен. Судьбы петербургской топонимики в городском фольклоре.
М., 2009.