А я так медленно пишу,как ношу трудную ношу, как землю черную пашу, как в стекла зимние дышу — дышу, дышу и вдруг оттаивает круг.
Ю. Левитанский
Я давно перешагнул порог своей осени, и иней прожитых годов посеребрил мои волосы. Многие события истерлись из памяти, забылись многие имена и лица. Но чем дальше время уносит меня от моего детства, тем ярче и острее высвечивает память из глубин своих светлый образ моей бабушки - Майжиян, мягкий голос моей матери, большие и добрые руки моего отца.
Удивительным свойством обладает человеческая память. Казалось бы, отдельные события, имевшие когда-то значимость для тебя, навсегда забыты тобой, и не вспомнить их и никакими усилиями не расшевелить свою память. Но вдруг в одно мгновенье, в один миг, ярким светом молнии освещая пройденный путь, это удивительное свойство памяти возвращает тебя в твое прошлое, ушедшее, казалось бы, навсегда от реальности и канувшее в Лету. Что побуждает к этому? Почему мы во снах своих на склоне лет все чаще и чаще видим лица близких и родных, давно покинувших нас и обретших покой на деревенском кладбище?
Почему, буквально несколько нот давно забытой мелодии, вдруг зазвучавшие в твоей душе неведомо отчего, способны вызвать в тебе бурю чувств, которые унесут тебя на волнах памяти к твоему прошлому, к твоему детству с голубым безоблачным небом и оживят хронологию навек позабытых событий? Может быть, оттого, что все мы живы памятью? Может оттого, что настоящее - это всего лишь миг реальности, пронзительно озаряющий нас и навсегда уносящийся в прошлое? А может прошлое и есть настоящее? Наверное, не только я терзаюсь этими вопросами. Наверняка, каждый из нас слышал тихую мелодию грусти, льющуюся с желтых листьев осенних берез. Чем отчетливее мы слышим эту мелодию, тем горше нам и слаще возвращаться к истокам нашим. Радость прикосновения к чистому и светлому омрачается чувством горечи опоздания. Не успел, да и не сумел бы, наверное, в те годы сказать моим близким все то, что сейчас звенит моей душе, передать им свои чувства – чувства благодарности и сыновней признательности за уроки моего детства. За те уроки, на которых я учился читать самую большую книгу, называемую – Жизнь.