Уж нет сил выдержать душевные терзания. Не нахожу себе места. Простор зовёт меня. Эх, где мои ахалтекинцы!? Скорее бы в седло и лететь не различая очертаний чего бы то ни было! Или разогнаться со всех сил и нырнуть в снежные глубины не чувствуя обжигающего и леденящего. А вот и вечер наступает. Чуть приостановился, завис на краю слабо различимого горизонта. Огромный черный дуб встречает настороженно: "Свой ли скачет?" Охрана-тьма в засаде прячась по буеракам и лугам, своими темными глазами осматривает чужака. Не заставила себя ждать её Величество Луна. Луч наполненный благородной печалью послала осветить путь гнедым. Тут ветер налетел. Своими зловещими шорохами заполонил всё. Чудища ночные поднялись вокруг. Встали они у дороги стражниками, и клацанье клыков было слышно за многие километры. Но песню сердце пело. Лошади несли меня сквозь ветер. Жизнь кипела. Огонь пылал внутри. И только страшилища успевали убраться с пути. А кто оказывался не очень расторопным, уж извините, клыки дол