Факты:Статья 58 пункт 5-8.
Пункт 5: склонение иностранного государства к объявлению войны СССР.
Упущенный случай: распространить этот пункт на Сталина и его дипломатическое и военное
окружение в 1940–41 годах. Их слепота и безумие к тому и вели. Кто ж, как не они, ввергли Россию в
позорные невиданные поражения, несравнимые с поражениями царской России в 1904 или в 1915
году? поражения, каких Россия не знала с XIII века?
Шестой пункт — шпионаж,
был прочтён настолько широко, что если бы подсчитать всех осуждённых по нему, то можно было
бы заключить, что ни земледелием, ни промышленностью, ни чем–либо другим не поддерживал
жизнь наш народ в сталинское время, а только иностранным шпионажем и жил на деньги разведок.
Шпионаж — это было нечто очень удобное по своей простоте, понятное и неразвитому преступнику,
и учёному юристу, и газетчику, и общественному мнению.
Широта прочтения ещё была здесь в том, что осуждали не прямо за шпионаж, а за
ПШ — Подозрение в Шпионаже;
НШ — Недоказанный Шпионаж, и за него всю катушку! И даже за
СВПШ — Связи, Ведущие к Подозрению (!) в Шпионаже.
То есть, например, знакомая знакомой вашей жены шила платье у той же портнихи (конечно,
сотрудницы НКВД), что и жена иностранного дипломата.
И эти 58–6, ПШ и СВПШ были прилипчивые пункты, они требовали строгого содержания.
Седьмой пункт: подрыв промышленности, транспорта, торговли, денежного обращения и
кооперации.
В 30–е годы этот пункт сильно пошёл в ход и захватил массы под упрощённой и всем понятной
кличкой «вредительство». Действительно, всё перечисленное в пункте Седьмом с каждым днём наглядно и явно подрывалось — и должны же были быть тому виновники?.. Столетиями народ строил, создавал, и всегда честно. Ни о каком вредительстве не слыхано было от самых Рюриков. И вот когда впервые достояние стало народным, — сотни тысяч лучших сынов народа необъяснимо кинулись вредить. (Вредительство в сельском хозяйстве пунктом не предусматривалось но так как без него нельзя было разумно объяснить, почему поля зарастают сорняками, урожаи падают, машины ломаются, то диалектическое чутьё ввело и его.)
Восьмой пункт—террор
Террор понимался очень и очень расширительно: не то считалось террором, чтобы подкладывать
бомбы под кареты губернаторов, но, например, набить морду своему личному врагу, если он был
партийным, комсомольским или милицейским активистом, уже значило террор. Тем более убийство активиста никогда не приравнивалось к убийству рядового человека.Если муж убил любовника жены и тот оказался беспартийным— это было счастье мужа, он получал 136–ю статью, был бытовик,
социально–близкий и мог быть бесконвойным. Если же любовник оказывался партийным— муж
становился врагом народа с 58–8.
Ещё более важное расширение понятия достигалось применением Восьмого пункта через ту же статью19–ю, то есть через подготовку в смысле намерения. Не только прямая угроза около пивной
«ну, погоди!», обращенная к активисту, но и замечание запальчивой базарной бабы «ах, чтоб ему
повылазило!» квалифицировалось как ТН — Террористические Намерения — и давало основание на
применение всей строгости статьи.
А как вы считаете как бы жилось сейчас при таких законах?подписывайтесь на канал ставьте лайки,буду благодарен вам за продвижение )