Мой папа всегда был крепким здоровым человеком. Высокий, статный, презентабельный, он был главой администрации нашего ПГТ на юге России. Всегда в делах, все мысли о работе, предстоящих проверках и проблемах населения. На здоровье у него было приблизительно 10 минут в месяц. Моя мама, врач педиатр, всегда ругала его за нехватку времени проходить полноценную диспансеризацию.
Начало 2010 года. У папы начала болеть нога. Боль была такой, что он сам пошёл в поликлинику. Невролог посмотрел на него, покачал головой и поставил диагноз «возрастные изменения» без назначения дополнительных обследований. Отцу на тот момент было 46 лет. Мази и таблетки на некоторое время заглушили боль, но спустя месяц она переместилась в спину. Теперь уже мама настояла на рентгене. Снимок был сделан, в описании значился пресловутый «остеохондроз».
Начался курс лечения, состоящий из массажа на всю спину и физиопроцедур. Боль снова утихла, но не надолго. Весну и лето папа лечился. Боль то утихала, но накатывала с новой силой.
Сентябрь, папин 47-й день рождения, мы едем на машине от бабушки, отец за рулём. Внезапно его больная нога начинает неметь, от чего он сильно пугается, ведь должен жать на педали. Кое-как мы доехали в тот день домой, и мама сказала твёрдое «полноценному обследованию быть!».
Уже первый анализ крови вызвал у матери легкую панику. Гемоглобин в папиной крови был ничтожно мал, хотя внешне он был все тем же пышущим здоровьем мужчиной с прекрасным аппетитом. Не долго думая, родители поехали в онкологический центр, что исключить самое страшное. К сожалению, это «самое страшное» им смогли только подтвердить. У моего папы диагностировали рак почки 4-й стадии. Кто хоть раз сталкивался с этим заболеванием, знает, что в таком запущенном случае сделать нельзя уже практически ничего.
Самым страшным для нас всех было то, что снимок рентген, сделанный полгода назад, уже показывал множественные метастазы в кости. Врач, описывающий этот снимок просто принял их за остеохондроз. Если бы хоть кто-то сказал нам тогда правду или хотя бы посоветовал дообслеъдоваться, то мой папа мог остаться в живых. Все сеансы массажа и физиотерапия, которые папа проходил, лишь усугубили его положение.
Дальше все, как в тумане. В онкоцентре лечить моего отца отказались, ибо не видели в этом смысла. Пару дней он лежал там с капельницей, в которой была глюкоза, просто, чтобы успокоить папу и показать, показать, что его как-то лечат.
После выписки домой все постепенно стало ухудшаться. Сначала отец начал хромать, потом иногда падать, а потом и вовсе перестал чувствовать нижнюю часть тела. Мы ухаживали за папой долгие месяцы, которые тогда казались годами. Весной 2011 папы не стало.
Цена врачебной ошибки - жизнь человека. Как можно после этого верить хоть кому-то? Каждое мнение я теперь перепроверяю на 100 рядов, потому что в голове сидит этот пример чудовищной халатности.