Английские бульдоги- особенная порода.По-моему-это люди в собачьей шкуре.Интеллект собак сродни интеллекту 3-х летнего ребенка.Мы никогда не пытались дрессировать свою бульдожку, она понимала речь, интонацию, настроение хозяев.
Но сегодня речь не об этом.
Когда нашей девочке исполнилось 8 лет, что для бульдога вполне почтенный возраст, на молочной железе появилась опухоль.
Оперировать мне было страшновато, собак пожилая, плюс лишний вес, плюс проблемы с дыханием, но опухоль начала расти и мы поехали к нашему ветеринару.
Наталья Николаевна, наш бессменный доктор с 1993 года.Она никогда не обманывала меня по поводу проблем питомцев,если знала, что лечить бесполезно, всегда говорила честно и не тянула время и деньги, как сейчас делают многие ветеринарные эскулапы- бизнесмены от наших бед.
Осмотрев Федю, сказала- только операция.Я посомневалась, перенесет ли собака наркоз.Наркоз Наталья рассчитала четко, плюс добавила местную анестезию.В общем, я присутствовала на операции, держала Федьку за голову, т.к. намордник на нее найти было просто нереально.Где нам сейчас искать такого врача?Собака после операции сразу пришла в себя, а через неделю даже шва не было видно.Наталья предупредила меня сразу, что жизнь мы продлили на год- два, потом все равно собака уйдет, т.к гарантировать полное удаление всех клеток опухоли она не может.Да и какие гарантии при тогдашнем уровне оборудования в небольшом городке? У ветеринара был только крошечный кабинет, стол, набор инструментов, светлая голова и золотые руки.Две последние принадлежности очень бы не помешали нынешним"Айболитам
Как в воду смотрела: ровно через 2 года начался процесс метастазирования, причем резко.Я позвонила врачу, она не стала вводить меня в заблуждение и напрасно обнадеживать, единственно, предложила позвонить в городскую ветклинику, чтобы мне на руки выдали дитилин, чтобы я сама смогла усыпить собаку.Да, Это сейчас ветеринары готовы нестись через весь город, чтобы за деньги сделать эвтаназию питомцу, тогда Нужно было везти собаку в клинику, автомобиля у меня не было и ни одно такси не согласилось везти умирающую собаку с кишечным кровотечением.Да и вес у Федьки был около 35 кг против моих45.
Во время моего разговора с Натальей по телефону об эвтаназии, Федя сидела у моих ног, потом встала и пошла в кухню, сунула морду в миску и посмотрела на меня, словно хотела сказать:" Я живая, не усыпляй меня, я буду есть", хотя не ела уже дня 3.
Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что эвтаназия была бы лучшим выходом из ситуации, но тогда рука не поднялась, хотя надежды не было никакой и Федора умирала 10 дней.
Похоронив Федору, я дала себе слово никогда больше не заводить собак.
Когда болеешь сам, это тяжело, но ты принимаешь решения за себя, когда болеет питомец, ты- его бог, ты решаешь его судьбу, а потом всю оставшуюся жизнь сомневаешься в правильности выбранного решения.
Хорошо, когда есть врач, который может помочь принять это решение.
К сожалению, мы переехали в другой город,Слово я свое смогла держать только 5 лет, завела нового питомца, но об этом в другой истории.