В прошлых статьях, касающихся проблемы "матрицы", как существования замкнутого в узких границах повседневности, я говорил о наиболее общих местах, а сейчас я бы хотел обсудить попытки "прорыва" в философии, политике и искусстве
Наибольшую актуальность проблема преодоления границ допустимого и возможного приобретает именно в 20 веке, веке пост-модерна. Как пел Егор Летов - "Пластмассовый мир победил...", это чувствовал не только он на заре 2000-ных. Гораздо раньше, почти на столетие об этом же задумывался и французский философ Жорж Батай. Французская мысль еще в 19 веке, когда аристократия и богема увлекались абсентом и опиумом, начала свое скольжение по острию бритвы "общественно допустимого". Батай, Жене, Роллен, Арто вполне наследуют дух своих предшественников - Рембо, Верлена и Бодлера.
Но поговорим пока что лишь о философском стиле Батая и его методе. Его неповторимый стиль навсегда запомнит человеческая культура - драма, садимзм, эротизм и глубокий замысел, так можно в нескольких словах описать его творчество. Он любил ссылаться на гораздо более раннего любителя эпатировать публику - Маркиза де Сада. Теория трансгрессии Батая это ось вокруг которой построилась вся его жизнь и творчество. Опыт трансгрессивности как раз предполагает выход из рамок обыденности, предельное нарушение установок. Все сегодняшние герои, о которых я рассказываю, по сути стремятся облить окружающий мир кислотой, пусть она разъест его до основания, но только так можно стряхнуть все эти наросты условностей, покрывающие каждую грань нашего существования. Метод Батая был в абсолютном радикальном отрицании норм и конформности.
В этом смысле, полной его противоположностью является Александр Дугин, который как примордиальный традиционалист выступает не за "прогресс", социальную динамику в сторону установления глобальной демократии и отмены границ. Пути Батая он придерживался скорее в собственной молодости, когда состоял в "черном ордене сс" и экспериментировал с измененными состояниями сознания. После "правого" поворота к евразийству и традиционализму изменилась стратегия. Вместо "левого" пути (марксизма, анархизма, материализма) он хочет достичь того же, но через невозможный возврат к состоянию пре-модерна. Призывы отказа от электричества, установления теократической монархии, размышления о возврате "золотого века" это тоже самое что предлагает Батай, но в другой обертке. Для современного мира это одинаково невозможно и неприемлемо.
Третий пример будет из мира искусства, тут мне хотелось бы вспомнить творчество Генри Миллера. Две его знаменитые трилогии Сексус-Нексус-Плексус и Тропик Рака-Тропик Козерога-Черная Весна наполнены подробностями его сексуальных похождений, множество раз запрещались. Таким свободным жестом он перешагнул устоявшиеся рамки гиперреализма и взял новую высоту. Писал он все же о себе, не придумывал что то специально, чтобы намеренно шокировать, само так получалось. К его творчеству я отношусь положительно, так как будучи писателем, а не графоманом, играющим на чувствах аудитории, он уместно использовал подробности своей жизни и они помогали передать все грани состояния лирического героя.
Буду признателен вашим лайкам, подпискам и комментариям, на которые с удовольствием отвечу.
Ars longa, vita brevis