Дороги, являясь неотъемлемой частью жизни народа, получали от людей не только свои названия, но и общественное значение или функции. Наиболее характерным примером в этом отношении может служить Троицкая дорога. Шли по ней размеренным шагом вереницы странников, паломников, богомольцев, «чающих спасения души» и «исцеления недугов». Видела эта дорога и царские кареты, везшие московских царей с их домочадцами на дальние богомолья, и охотничьи «потехи», а равно и эвакуацию из осаждаемой не раз неприятелем и разоряемой многострадальной матушки-Москвы. Всего насмотрелась, многое перевидала и многое перенесла на себе эта безмолвная современница различных этапов истории нашего края.
На пути к Троице-Сергиевой лавре лежали старинные села Большие Мытищи и Тайнинское, где путешественники часто останавливались отдохнуть. Медленно бредущие по дороге странники, паломники, богомольцы были неотъемлемой частью жизни дореволюционной России. Их можно было узнать сразу: котомка за плечами, мешочек с сухарями, жестяная кружка, непременный посох.
Пропитание и кров находили по пути в избах простых людей, купеческих и господских домах, иногда ютились в поле или лесу. Прием странников считался делом богоугодным. Во многих домах их ждал обед и ночлег. Одного из таких странников изобразил в своей картине «Боярыня Морозова» В.И. Суриков: в руках высокий посох с затейливой ручкой и корзинка, в которой находится его немногочисленное имущество. Но вглядевшись в лицо, видишь – это же сам художник, его портрет.
Три года писал Василий Суриков свою картину. Чтобы собрать нужный материал, найти наиболее характерные типы людей, которые могли бы послужить натурой для персонажей картины, летом 1865 года художник специально поселился в Мытищах. Постепенно были найдены персонажи картины, и многие из них написаны на мытищинской земле.
Лидия Кувшинникова, сотрудник Мытищинского историко-художественного музея
