Евгений Леонов-Гладышев вспоминает, как Владимир Семенович пробовал себя в профессии режиссера
Ну а теперь, после технической задержки и непредвиденного отнюдь не лирического отступления, то, что намечал рассказать…
С известным киноактером Евгением Леоновым-Гладышевым я беседовал на Фонтанке в скромных апартаментах Гильдии актеров кино Санкт-Петербурга, президентом которой он являлся – дело было во второй половине 1990-х. В популярнейшем отечественном телесериале «Место встречи изменить нельзя» Евгением Борисовичем сыграна роль не большая, но запоминающаяся - Васи Векшина, заколотого бандитской заточкой почти в самом начале фильма…
Интервью наше было опубликовано и вроде бы не один раз. А потом я неожиданно наткнулся на его текст в одной из книг о Высоцком, автор указан не был… Я позвонил Леонову-Гладышеву:
- Женя (тогда мы уже были на «ты»), ты давал разрешение на публикацию?
- Я о ней только сейчас от тебя узнал…
Что тут скажешь? Крадут-с…
- Евгений Борисович, не смогли бы вы поделиться воспоминаниями о встречах и совместной работе с Владимиром Высоцким?
- Как вы понимаете, друзьями мы не были, хотя бы по причине разницы в возрасте, но пару интересных моментов, может быть, запомнившихся только мне, рассказать могу.
- Итак «Место встречи...»
- С этой картиной у меня связано два сильных впечатления, несмотря на мое достаточно скромное участие в ней: и приятное и не приятное. Не приятное - это то, что я пробовался на роль Шарапова и не был утвержден - тогда была система кинопроб и худсоветов. Переживал еще и потому, что и сценарий мне понравился и «Эра милосердия», роман братьев Вайнеров, по которому он был сделан. Я очень хотел и был готов играть. Приятное, что получил роль и что - знал - в фильме сниматься будет Владимир Высоцкий, человек на творчестве, которого я воспитывался и был поклонником его талантов.
Натура снималась непосредственно в Москве, а павильонные съёмки производились в Одессе.
- Вы с Владимиром Семеновичем прежде не встречались?
- На Одесской киностудии, еще до работы на картине «Место встречи...», я несколько раз встречал его. Тогда я заканчивал главную роль в боевике «Забудьте слово смерть». В фильмах приключенческого жанра я снимался с удовольствием, потому что актер должен пройти через этот жанр - он позволяет проверить актера в плане умения создавать психологический рисунок и в плане его физической подготовки. Не случайно же Никита Михалков снял «Своего среди чужих...». Однако вернемся в Одессу. Конечно, я не ожидал увидеть столь невысокого человека - Высоцкого, но недостаток роста - и это чувствовалось сразу - компенсировался мощным внутренним потенциалом.
Приезжала с ним и Марина Владимировна Полякова-Влади. К ее дню рождения - сорокалетию - на студии была выпущена стенгазета. Тогда я Влади тоже впервые увидел. И она удивила меня внешней простотой - никакого, «звездизма»! Обычный летний сарафан, убранные волосы... Даже не верилось, что это та самая «колдунья», которую, я помнил по детским впечатлениям от одноименного фильма.
Высоцкому была заказана песня к фильму «Забудьте слово смерть», и Владимир Семенович написал ее. Но в фильм песня не вошла.
А во время перерыва съёмок уже «Места встречи...» он эту песню начал напевать. Ребята из лихтвагена (это автомобиль такой, в котором записывается звук) поставили перед ним микрофон. После Высоцкий подошел к лихтвагену, попросил ребят прослушать ее, прослушал и потребовал стереть: либо он был недоволен вариантом, либо опасался «пиратства». Мне долго казалось, что эта песня утрачена, но, к счастью, оказалось, что нет.
- Евгений Борисович, роль Васи Векшина...
- ... эпизодическая роль, но знаменательно, что этот эпизод с моим участием снимал Владимир Высоцкий. Широко известен тот факт, что Станислав Говорухин, уезжая на фестиваль в Германию со своей предыдущей картиной «Большие океанские гонки» (рабочее название кинофильма «Ветер надежды», - прим. авт.), доверил Высоцкому снять несколько эпизодов.
- И каков он был в роли режиссера?
- Это очень интересно. Во-первых, чувствовалось, что не только задатки режиссера в нем несомненно есть, а что он абсолютно готов к режиссерской работе, а во-вторых, на съемочной площадке ощущался его неоспоримый авторитет. Судя по всему, он уже тогда понимал свою цену, свою значимость. Меня он называл просто Женей. А я его, естественно, по имени и отчеству - Владимиром Семеновичем. Но мне показалось, что он относился ко мне с какой-то теплотой. И не было границы, мол, я крупный художник, известнейший бард и актер, а ты молодой и никому не известен. Мы все были тогда на съемочной площадке как бы равноправны: и Владимир Конкин, и я, и Андрей Градов, и Шура Милютин - все, занятые в эпизодах, связанных со мной. И еще. Высоцкий был всегда свежевыбрит, собран, подтянут. И я ни разу не видел его «не в форме» - я имею ввиду алкоголь.
Похоже, что у Высоцкого была проделана большая подготовительная работа. Меня поразило то, что он хорошо и детально знал послевоенное время. Он мне подсказал несколько интересных деталей. Помню, возник вопрос, что у Васи Векшина должна быть какая-то татуировка на руке, потому что по роману он в прошлом колонист, вышел из заключения, а в то время у таких людей это была и потребность, чуть ли не необходимость, и мода. Посыпались предложения: "За Родину! За Сталина!", "Не забуду мать родную!" - и другие подобные банальные предложения. А Владимир Семенович предложил написать женское имя. «Почему имя? Мальчику шестнадцать лет…» - «В этом есть какая-то биография. Может, это его первая девушка, может, мать..? И пошли имена: Оля, Света, Наташа, Люба, Таня, Клава, Леля... Леля! Лелю предложил Высоцкий. Спустя много лет я узнал, что в довоенные и первые послевоенные годы очень модным было имя Леля.
Белое морское офицерское кашне появилось на шее у Васи Векшина - это опять же деталь, придуманная Высоцким, довольно характерная деталь, потому что многие молодые люди, не попавшие на фронт в силу своего возраста, после войны щеголяли этими кашне, подобным образом подчеркивая свою якобы принадлежность к фронтовикам.
- Благодаря таким вот деталям, таким, на первый взгляд, мелочам, фильм получился очень достоверный.
- Одесская киностудия по своим мощностям была очень скромненькая, и Станислав Говорухин проделал просто титаническую работу по созданию реалистического фона картины. И, как видим, Высоцкий и помог ему в этом.
- Фильм по большому счету удался...
- Конечно, конечно. Это было большим художественным достижением, и не только Одесской киностудии. Если серьезно, киноведчески разбирать фильм, в нем есть много недостатков. Надо быть объективными. Пусть Слава Говорухин не обижается на меня.
- Будем, надеяться, что он все правильно поймет.
- Будем. Прежде всего: несколько упрощена философская основа романа. Роман называется «Эра милосердия». Сюжет его не вымышлен, описаны реальные события, имевшее место уголовное дело, многие годы «закрытое» вот по какой причине: в преступный мир уходили люди, вернувшиеся с фронта, искалеченные не столько физически, сколько духовно, нравственно. Эту линию в фильме проводит Виктор Павлов, сыгравший Левченко. И в контексте романа - призыв к более милосердному отношению к ним. И основной конфликт Жеглова и Шарапова заключается в этом. Может быть, сегодня это тоже актуально, и Жеглов более прав, чем Шарапов, исходя из сегодняшних реалий преступности в стране, в том, что Жеглов любыми методами, даже нарушая закон, готов посадить преступника за решетку, - главное, чтобы зло было наказано. Но Шарапов нес другую, более гуманную нагрузку, и в этом конфликте он, несомненно, должен был быть выше Жеглова. В фильме так не получилось, и не столько потому, что Владимир Высоцкий как личность был масштабнее других исполнителей, и здесь вина не Владимира Конкина, а, скорее, режиссуры: эволюция образа дана в такой трактовке. Мы видим неопытного «цыпленка» с наивными глазами, который в процессе развития сюжета фильма, в процессе познания специфики работы уголовного розыска мужает, набирается опыта и т.д. А ведь Шарапов пришел работать в МУР после ранения, из фронтовой разведки. Он тертый, битый, у него вся грудь в орденах. Я думаю, что это режиссерский ход и что он менее интересен чем, если бы в кадре столкнулись два крупных специалиста: один - разведчик, другой - муровец, два противоборствующих, но любящих и понимающих друг друга человека, то конфликт о милосердии к преступнику был бы более впечатляющим, и зрителям было бы интереснее следить, чья же возьмет.
Но, несмотря на все минусы, получился, действительно, «народный» фильм, как назвал его Говорухин на пятнадцатилетии картины, которое отмечалось в московском киноцентре - при аншлаге! Построен вечер был так: шел небольшой фрагмент из фильма, и на сцену приглашались артисты, занятые в нем, приглашались, естественно, под именами персонажей: Шарапов, Векшин, Промокашка, Манька-Облигация, Кирпич... Полный актерский состав собрать не удалось, это было невозможно. Не было Светланы Светличной, которая за два дня до этого похоронила мужа - замечательного актера Владимира Ивашова. Не было, естественно, и Владимира Высоцкого... Хотя ж почему - естественно? Это как раз противоестественно, что не было Жеглова...
Автор текста – Владимир Желтов