Повседневная жизнь горожан в годы революции и гражданской войны привлекает многих исследователей, особенно в последние годы[15]. С недавнего времени в этом списке есть и наши публикации[16], [17], [18], [19], [20].
Столетний юбилей Великой российской революции (включающую Февраль, Октябрь и Гражданскую войну), публикации новых источников и исследований по истории повседневности[3] заставляют более внимательно рассмотреть и проблемы эпидемической ситуации в Омске и других сибирских городах в 1918 – 1919 годах.
Известно, что в годы революции и гражданской войны Россию охватили эпидемии. Вероятно, самой страшной стала эпидемия тифа, хотя имели место и другие опасные заболевания: холера, дизентерия, оспа. Зарождение этих эпидемий началось ещё во время Первой мировой войны: случаи тифа зафиксированы на Кавказском фронте и в Туркестане – в районах, которые являются природными очагами ряда инфекционных болезней. Но в тот момент ещё хорошо действовала санитарная служба, поэтому подобные вспышки достаточно быстро гасились.
После развала армии и санитарных служб вместе с тысячами солдат и беженцев эпидемия тифа распространилась по России. Только по зафиксированным данным в 1918 – 1923 гг. было зарегистрировано свыше 7,5 млн. случаев заболеваний сыпным тифом; умерло от него более 700 тыс. чел. Но и эти данные не являются полными[5].
Страшные эпидемии, сопровождавшие период Гражданской войны, не могли не затронуть и повседневную жизнь Белого Омска. Гражданская война изменила жизнь города. Наплыв беженцев, перенаселённость, отсутствие общедоступной чистой воды и канализации, неразвитость системы уборки отходов, антисанитария стали причинами катастрофического распространения инфекционных заболеваний.
В деятельности российских медицинских служб сказывалось не только низкое материальное обеспечение, но и недостаток кадров и медикаментов, невысокий уровень квалификации части персонала.
Эпидемия сыпного и возвратного тифа распространялась в Белой Сибири в направлении с Запада на Восток и в стороны от железных дорог. По мере продвижение вперёд Белой армии, появлялись всё новые серьёзные очаги заболеваний, так как вся советская часть России была охвачена эпидемией сыпного и возвратного тифа.
Абсолютное число жертв эпидемии во второй половине 1918 – первой половине 1919 года постоянно росло. Об этом свидетельствуют данные регистрации отдела народного здравия Министерства внутренних дел. Согласно этим сведениям во всех городах Урала и Сибири в июле 1918 года было зарегистрировано 92 случая заболевания сыпным и возвратным тифами, в августе – 191, сентябре – 117, октябре – 381, ноябре– 2494, декабре – 9938, январе – 11870 и феврале с 1 по 22 число, по одним лишь телеграфным сведениям из 35 городов – 9690; а всего за указанное время было зафиксировано 34773 заболеваний[2].
Как оказалось, эпидемия с течением времени не только не ослабевала в старых очагах своего развития, но продолжала расти. Например, в Челябинске число заболевших равнялось в ноябре 1918 (за две недели) – 427, в декабре – (за полный месяц) – 817, в январе 1919 – 1000, в феврале (за 3 недели)–827 [20].
В Омске тифозная эпидемия с конца января 1918 года несколько уменьшилась, но вскоре появился новый очаг и число тифозных больных снова возросло. В ноябре количество больных было (за 2 недели) – 538, в декабре (за полный месяц) – 1477, в январь 1919 – 1773, в феврале (за 3 недели) – 1616 человек. Дальше стало ещё хуже. Помимо тифа распространялись холера, дизентерия, скарлатина и оспа.
Пресса неоднократно писала, что сибирские города и селения не располагают самым необходимым для противоэпидемической деятельности. В городах не доставало общественных бань, редким исключением были паровые прачечные. Дезинфекционные камеры, если они кое-где и имелись, были представлены аппаратами несовершенного типа.
Больницы в губернских городах располагали недостаточным числом коек, а в уездных городах и сёлах, за малым исключением, совершенно отсутствовали. Санитарно эпидемический надзор имелся не во всех городах. Лечебное дело было слабо развито и малодоступно широким слоям населения. Ну и, наконец, всюду давал себя знать абсолютный недостаток медико-санитарного персонала.
Основными очагами распространения тифа стали тюрьмы и места компактного проживания беженцев – вокзалы, станции, загородные дачи и пригороды. Правительство периодически увеличивало суммы, отпускаемые на борьбу с эпидемиями.
В сентябре 1918 года на борьбу с тифом было отпущено 2 млн. рублей[2]. 3 декабря Совет министров Российского правительства отпустил на борьбу с тифом в местах заключения 250 тыс. руб. (вместо просимых 1 млн.). 6 декабря городам Западной Сибири на те же цели перечислили ещё 5 млн. руб. 4 февраля 1919 г. Министерству юстиции выделили ещё 500 тыс. руб. для борьбы с тифом в местах заключения[13].
В условиях же продолжающейся гражданской войны, массового беженства, растущей скученности заселения противостоять эпидемии было всё сложнее. Министерство народного здравия считало, что главное внимание в борьбе с эпидемиями должно быть уделено поддержке органов местного самоуправления.
Как уже было сказано, Совета Министров на противоэпидемические мероприятия выделил городам кредит в размере 5 млн. рублей, но в короткий срок эта сумма была израсходована без заметного изменения ситуации с заболеваемостью.
Особое внимание власти стали уделять и баням. В январе 1919 года Омская городская управа обратилась в отдел народного здравия МВД с просьбой об отпуске ссуды свыше 200000 руб. для постройки бань для беженцев и беднейшего населения города. Необходимость такого строительства была вызвана всё более увеличивающимся населением, пропускная же способность существующих бань могла удовлетворить лишь 25% всего жителей города.
Бани (по типу фронтовых) планировалось построить в короткий срок[10]. Вместе с тем, многие врачи понимали, что меры эти являются весьма запоздалыми и совершенно недостаточными. Анонимный автор, подписавшийся «Врач-беженец», в газете «Наша заря» опубликовал статью «Ещё раз о сыпном тифе». В ней он обращал внимание, что главное внимание в противоэпидемической деятельности надо уделять борьбе с паразитами, поскольку именно вши являются переносчиком опасных заболеваний[1].
Местные органы власти прилагали отчаянные усилия, чтобы нанять медицинский персонал для борьбы с тифом и другими заразными заболеваниями. Но сделать это было нелегко. Во многих сибирских газетах встречались объявления о поиске врачей, готовых бороться с эпидемиями. Так, например, Омская уездная земская управа в январе 1919 года приглашала эпидемического врача с окладом 1000 руб. в месяц и фельдшеров с окладом 700 р. в месяц[6]. Но желающих было немного.
В виду сильного развития эпидемии сыпного тифа правительство принимало спешные меры по разгрузке городов и местечек, где эпидемия развивалась особенно активно. Главное внимание уделялось размещению беженцев в особых изолированных районах[11]. Но сделать это было очень сложно из-за того, что счёт беженцев вёлся на десятки тысяч и это число постоянно росло.
В апреле 1919 года Министерство внутренних дел ходатайствовало перед Советом Министров о дополнительном отпуске в его распоряжение на противоэпидемические мероприятия 10 млн. рублей[20]. (Неизвестно, была ли выделена запрошенная сумма в полном объёме, но, в любом случае, эпидемическая ситуация не улучшилась).
Одновременно сообщалось о начале массового производства упрощённых дезинфекционных камер (типа «Гелиос»), которые направлялись в распоряжения земств. Министерство выпустило массовым тиражом брошюру, где разъяснялись меры по борьбе с эпидемией[2].
Борьба с эпидемией тифа и другими заболеваниями поставила на повестку дня и ряд других связанных ней вопросов. В частности, омские городские власти озаботились подвозкой дров. Возникший топливный кризис резко усугубил эпидемическую ситуацию. В январе 1919 г. закончились дрова на городских складах, а подвоз угля с уральских копей прекратился. В результате стали закрываться некоторые предприятия в городе[4].
Это сразу же привело к росту заболеваемости тифом. Дело в том, что имелась прямая связь между ростом эпидемии и доступностью топлива. При отсутствии или недостатке дров наблюдался рост антисанитарии: поскольку нечем было топить общественные бани, люди мылись реже[7].
Городским властям пришлось идти на чрезвычайные меры: все, кто занимался ломовым и извозным промыслами, а также крестьяне селений, находившихся не далее 10 вёрст от центра заготовок, были обязаны участвовать в доставке дров в Омск.
К маю 1919 года эпидемическая ситуация настолько ухудшилась, что Совета Министров принял утвержденное Верховным Правителем специальное «Постановление о регистрации заразно-эпидемических болезней и об ответственности лиц медицинского персонала за нарушение правил о регистрации».
Это постановление провело редакцию статьи 857 «Уложения о наказаниях уголовных и исправительных». Теперь эта статья гласила: «Врачи, фельдшера и фельдшерицы, виновные в неисполнении требования об извещении о заразно-эпидемическом заболевании или случае смерти от него подвергаются:
а) Состоящие на государственной службе – в первый раз – к вычету из срока службы от шести месяцев до одного года, во второй раз отрешению от должности, в третий и последующие разы – заключению в тюрьме от 8 мес. до 1 года 4 мес. с лишением некоторых, на основании ст. 50 сего уложения, особенных прав и преимуществ для военно-медицинских чинов означенные в 857 ст. наказания заменяются соответствующим и наказаниями по Воинскому уставу о наказаниях и по уставу дисциплинарному.
б) Вольнопрактикующее и все прочие подвергаются в первый раз денежному взысканию не свыше 500 р. или аресту не свыше 1-го мес., во второй раз к денежному взысканию не свыше 2020 рублей или аресту, но не свыше 3 мес., в третий и следующие разы – тюремному заключению на время от 8 месяцев до 1 г. 4 мес., с лишением некоторых, на основании ст. 50 сего Уложения, особенных прав и преимуществ» [8].
Положение распространялось на следующие заразно-эпидемические болезни: натуральная оспа, скарлатина, дифтерит, тифы (сыпной, возвратный, брюшной и неопределённый), сибирская язва, сап, азиатская холера, чума и проказа.
Для улучшения санитарной обстановки в армии и госпиталях для жителей Омска и других городов была введена обязательная «бельевая повинность». За время с 3 по 8 мая 1919 года районным комиссиями по реквизиции белья было принято от населения города Омска и пригородов белья для нужд армии 1293 полных комплекта, а всего с ранее поступившими 11457 комплектов[9].
Но поскольку белья всё равно не хватало правительство стало действовать более жёстко. Газеты сообщали, что по указу Верховного правителя 18 июля 1919 года была начата реквизиция бельевого материала для армии у торговцев. За день было изъято товаров, заполнивших 20 грузовиков[12].
Помимо государственных средств существовали благотворительные организации для сбора средств и оказания помощи раненым и больным воинам. В Омске таких организаций могло насчитываться несколько. Как правило, они поддерживали конкретные местные лечебные учреждения.
Заметную роль в организации медицинской помощи играло Временное главное управление Российского общества Красного Креста. Помощь оказывали и американцы (через Американский Красный Крест). Правительство Колчака большую часть их расходов компенсировало[14].
Эпидемии тифа, массовые заболевания холерой и дизентерией в Белом Омске серьёзно осложняли жизнь горожан. Причинами роста числа этих заболеваний стал почти неуправляемый поток беженцев, отсутствие необходимых медико-санитарных мер для борьбы с эпидемией.
Несмотря на то, что наблюдался рост расходов на борьбу с эпидемиями, денег всё равно не хватало. В условиях, когда фронт подходил всё ближе к Омску, бороться с тифом становилось всё сложнее и сложнее. Справиться с эпидемиями можно было лишь с помощью чрезвычайных мер, что уже после взятия Омска смогли сделать большевики (зимой – весной 1920 г.).
Библиографический список
1. Врач-беженец. Ещё раз о сыпном тифе // Наша Заря (Омск). 1919. №32. 12 февраля. С. 2.
2. Деятельность Министерства Внутренних дел // Правительственный вестник (Омск). 1919. № 116. 15 апреля. С.2.
3. Кокоулин В.Г. Повседневная жизнь горожан Сибири в военно-революционные годы (июль 1914 – март 1921 гг.) / В.Г. Кокоулин. – Новосибирск: Офсет, 2013. – 386 с.
4. Кокоулин В.Г. Повседневная жизнь Белого Омска / В.Г. Кокоулин // Гражданская война в Сибири: Материалы Всерос. заочн. науч-практ. конф. – Омск, 2013. – С. 57.
5. Морозова О.М. Тифозная вошь в солдатской шинели: о влиянии естественно-природных факторов на ход и исход Гражданской войны в России / О.М. Морозова // Научно-культурологический журнал Релга. 2013. №1. Дата депонирования: 05.01.2013. – URL: http://www.relga.ru/Environ/WebObjects/tgu-www.woa/wa/Main?textid=3424&level1=main&level2=articles
6. Объявления // Сибирская речь. 1919 № 14. 9 (22) января. С.1.
7. Обязательная доставка дров // Наша Заря (Омск). 1919. № 40. 22 февраля. С.4.
8. Омская жизнь // Русская Армия (Омск). 1919. № 100.15 мая. С.3.
9. Поставки белья для армии // Русская Армия (Омск). 1919. № 100.15 мая. С.4.
10. Постройка новых бань // Сибирская речь (Омск). 1919. № 17. 12(25) января. С.4.
11. Разгрузка городов // Наша Заря (Омск). 1919. №25. 4 февраля. С.3.
12. Реквизиция бельевого материала для армии // Русь (Омск). 1919. № 14. 24 июля. С.3.
13. Рынков В.М. Санитарно-медицинские службы на востоке России в антибольшевистский период Гражданской войны (вторая половина 1918 – 1919 гг.) / В.М. Рынков // Чтения памяти профессора Евгения Петровича Сычевского: Сб. докл. Благовещенск: изд-во БГПУ, 2007. Вып. 7. С. 232–249. (ГАРФ. Ф. Р-176. Оп. 5. Д. 53. Л. 74.)
14.Рынков В.М. Социальная политика антибольшевистских режимов на востоке России (вторая половина 1918 – 1919 гг.) / В.М. Рынков. – Новосибирск: Изд-во НГУ, 2008. – С. 341.
15. Сизов, С. Г. Историография повседневности «Белой столицы России»: Омск (Июнь 1918 ; ноябрь 1919 гг.) / С. Г. Сизов // Архитектура, строительство, транспорт [Электронный ресурс] : материалы Международной научно-практической конференции (к 85-летию ФГБОУ ВПО «СибАДИ»). – Электрон. дан. ; Омск : СибАДИ, 2015. С.1674-1682. – Режим доступа: http://elibrary.ru/item.asp?id=25530918 свободный после авторизации. – Загл. с экрана.
16. Сизов С.Г. Кино Белого Омска (июнь 1918 – ноябрь 1919) / С.Г. Сизов // Наука XXI века: опыт прошлого – взгляд в будущее [Электронный ресурс] : материалы II Международной научно-практической конференции (г. Омск, 25 апреля 2016 г.). – Электрон. дан. – Омск : СибАДИ, 2016. С. 993 – 998. – Загл. с экрана. Сизов С.Г. Кино Белого Омска (июнь 1918 – ноябрь 1919) / С. Г. Сизов // Наука XXI века: опыт прошлого – взгляд в будущее [Электронный ресурс] : материалы II Международной научно-практической конференции (г. Омск, 25 апреля 2016 г.). – Электрон. дан. – Омск : СибАДИ, 2016. С. 993 – 998. http://elibrary.ru/item.asp?id=26373410 – Загл. с экрана.
17. Сизов С.Г. Преступность в Белом Омске (июнь 1918 ; ноябрь 1919) / С. Г. Сизов // Современное общество: наука, техника, образование [Электроный ресурс]: материалы Всероссийской научной конференции с международным участием (г. Нефтекамск, 15 декабря 2016 г.) / Гл. ред. И.Р. Кызыргулов. Научное электронное издание в 4-х томах том III. - 1 опт. Диск (CD-ROM). – Загл. с тит. экрана. – Электрон. текст подготовлен НФ БашГУ.- Уфа: РИЦ БашГУ, 2016. – С. 169 – 174. – Режим доступа: http://elibrary.ru/item.asp?id=28335739
18. Сизов С.Г. Театральная жизнь Белого Омска (1918 –1919 годы) / С. Г. Сизов // Наука XXI века: опыт прошлого – взгляд в будущее [Электронный ресурс]: материалы II Международной научно-практической конференции (г. Омск, 25 апреля 2016 г.). – Электрон. дан. – Омск : СибАДИ, 2016. С. 999 – 1004. – http://elibrary.ru/item.asp?id=26373411 , Загл. с экрана.
19. Сизов С.Г. Цирк Белого Омска (июнь 1918 – ноябрь 1919) / С. Г. Сизов // Наука XXI века: опыт прошлого – взгляд в будущее [Электронный ресурс] : материалы II Международной научно-практической конференции (г. Омск, 25 апреля 2016 г.). – Электрон. дан. – Омск : СибАДИ, 2016. С. 1004 – 1009. – Режим доступа: http://elibrary.ru/item.asp?id=26373412 , свободный после авторизации, свободный после авторизации Загл. с экрана.
20. Тамарин И. Борьба с эпидемией // Наша заря (Омск). 1919. №80. 13 апреля. С.4.
-------------------------------------------------------
Ссылка на эту публикацию: Сизов С.Г. Эпидемическая ситуация в Белом Омске в 1918-1919 гг. и её влияние на повседневную жизнь горожан / С. Г. Сизов // Кубанские исторические чтения: Материалы VIII Международной научно-практической конференции. Краснодар: Краснодарский центр научно-технической информации, 2017. С. 73-80 (235 с.). – Режим доступа: https://elibrary.ru/item.asp?id=29403171, свободный после авторизации. Загл. с экрана. ISBN: 978-5-91221-284-0
https://www.chitalnya.ru/work/2147154/
=======================================
Спасибо за прочтение! Если понравилось, пожалуйста, поставьте "лайк" 👍 , комментируйте, делайте ссылки в соцсетях и подписывайтесь на канал Сергей Сизов (Омск)
======================================
Сведения об авторе. Помощь на развитие канала