Майка. Игра с переменными
92
В доме удалось прожить ещё месяц, подъедая остатки продуктов и допивая запасы алкоголя. Потом пришлось перебираться в другое место, и Майя не придумала ничего лучше, как податься в город. Что делать дальше, она решительно не знала. Появиться в таком виде на пороге Кати и её бабушки после полуторагодового отсутствия она не могла. Как смотреть им в глаза через столько месяцев? Нет, это невозможно, совершенно невозможно!
А других вариантов не было вовсе.
Так началась её история скитания по Питерским помойкам, вокзалам, приютам, забегаловкам и прочим местам общего пользования, которые попадались на пути. Оказалось, что быть бездомной в таком крупном городе – это весьма непростое занятие. Везде были свои порядки, и уличный народ не стал исключением. Оказалось, что невозможно переночевать в любом месте, поскольку все хорошие места были уже застолблены, а плохие были настолько плохи, что Майе самой не хотелось там оставаться.
Это была не жизнь, а существование. Ежедневное, ежечасное выживание. Были ночлежки, в которых иногда она могла помыться или сменить бельё. Туда порой приносили какую-то одежду, женские принадлежности, столь необходимые в молодом возрасте. По возможности Майя пользовалась возможностью хоть немного привести себя в порядок, пусть и знала, что это временно.
Она пыталась разыскать Матвея самостоятельно, но из этого ничего не вышло. Представляться она не хотела, а посторонней женщине столь отталкивающего вида никаких ведений, конечно, не дали. Обход домов малютки тоже не принёс результата. Хоть она и не сомневалась, что узнает сына с первого взгляда, но детей на прогулках, как правило, было много, а она даже не знала, в какую сторону смотреть. Пыталась дозвониться до Аниты Павловны с телефона Женька, в его записной книжке оказался её номер, но там всегда был «абонент временно недоступен».
Майя привыкла не думать. Вообще не задумываться над тем, во что превратилась её жизнь. Потому что это было оно, то самое наказание, которое она заслужила за все совершённые в прошлом ошибки и все поломанные судьбы. В какой-то мере она считала такое положение дел справедливым: отняла одну-две-три жизни – изволь расплатиться собственной. Просыпаясь с утра на скамейке в парке, в чужом парадном, в переулке, в ночлежке, под мостом – в любом месте, она не радовалась наступлению нового дня. Засыпая, где придётся, она не радовалась прожитому. Ей было всё равно, внутри воцарились тишина и пустота.
Иногда память всколыхивалась и выдавала соль значимые для неё моменты: первая встреча с Кириллом, свадьба, тепло Матвея на руках и неповторимый аромат его макушки… Воспоминания причиняли боль, поэтому она старалась не провоцировать такие приступы ностальгии. Она не хотела себя жалеть. Скорее, наоборот.
Майка-алкоголичка – так теперь её звали в ночлежке. Майка-алкоголичка… она была такая одна. Во всей серой массе бездомных она выделялась отсутствием жизни внутри и полным безразличием к происходящему. Она не пыталась устроиться получше, она не пыталась занять самое тёплое место и никогда не выпрашивала лишний ломоть хлеба или вторую банку тушёнки. Как получалось, тем и довольствовалась. Даже во время массовых склок молча стояла в стороне с совершенно отсутствующим видом и пустыми глазами. Даже когда её как-то избили мало что не до смерти, сделали сотрясение мозга, переломали рёбра и пальцы на левой руке, она до последнего отказывалась ехать в больницу. А на второй день, едва засох гипс на руке, сбежала оттуда и зализывала раны под мостом – благо, стояло лето.
И ведь зализала, выжила! Даже сама удивилась своей живучести.
Из череды одинаковых дней выделялся один. Позже Майя не раз возвращалась к нему в мыслях и думала, что, наверное, стоило поступить совсем иначе. Что это сама судьба решила вмешаться и помочь заблудившейся душе найти путь наверх. Но в тот момент она просто испугалась…
Стоял октябрь, зябкий, сырой, насквозь пронизанный липкой паутиной бесконечных туманов. Майя побиралась у Витебского вокзала. Дела шли плохо, подавали неохотно и мало. К тому же сидеть тут было опасно, местные могли и накостылять за конкуренцию. Но Майя всё равно решилась, очень уж хотелось съесть что-то, не выловленное предварительно из мусорки. Она поминутно озиралась, стараясь не упустить момент, когда надо хватать «заработанное» и бежать. Куртка, которую она удачно стащила на одном из балконов первого этажа, оказалась тонкой ветровкой и совсем не грела. Волосы давно нечёсаной паклей дыбились из-под растянутой шапки. Озябшие руки она сунула в противоположные рукава на манер муфты, но существенно теплее не стало.
Именно благодаря бдительному оглядыванию она заметила Катю прежде, чем та узнала в сгорбленной фигуре пропавшую подругу детства. Катя шла под руку с мужчиной, на вид вдвое старше, в хорошем дорогом пальто и шляпе с полями, да и сама выглядела гораздо солиднее. Из-за того, что высматривала Майя совсем других людей, не сразу поняла, кого именно заметили её глаза. А уж когда поняла…
Она скоренько схватила банку с позвякивающими на дне монетами и, согнувшись ещё сильнее, заспешила прочь, время от времени оборачиваясь проверить, не заметила ли её Катя. Зря оборачивалась, потому что именно тогда Катя её и узнала. Сама Майя от своего отражения шарахалась, так сильно переменилась, а Катя опознала мельком брошенным взглядом.
- Майя?- спросила она громко.
На площади перед вокзалом было шумно и многолюдно, но Майя всё равно расслышала удивлённый голос Кати. И словно ей кипятком на пятки плеснули, понеслась прочь, расталкивая удивлённых прохожих. Банка выпала, монеты зазвенели по выметенной мостовой – даже не обернулась.
- Майя!- закричала Катя и, выпустив локоть своего спутника, кинулась следом. В спину ей неслась ругань вторично растолканных прохожих.- Майя, стой!
Куда там! Майя бежала, не видя ничего перед собой, с одним только желанием: спрятаться, исчезнуть, провалиться сквозь землю. Если бы сейчас мостовая раздалась, отворяя врата в Преисподнюю, и ехидно скалящиеся черти поманили к себе, она бы прыгнула без раздумий. Куда угодно, лишь бы Катя – эта чистая, красивая, ухоженная Катя! – не видела, в кого превратилась Майя. Не отшатнулась с выражением брезгливости на лице. Не пробормотала сбивчатое «Простите, обозналась», лишь бы не подходить слишком близко. Майя хотела, чтобы Катя помнила её прежней, ведь настоящая могла вызвать только омерзение.
- Майя, подожди! Не убегай! Я тебя узнала, это ведь ты! Я так долго тебя ищу!
Бежать на каблуках было тяжело, в какой-то момент Катя поскользнулась и с вскриком упала, проехавшись ладонями по колючему льду.
- Майя, стой!!!
Майя завернула за угол и ещё долго бежала, петляла между домами, пока окончательно не выбилась из сил и не рухнула на землю, хрипя надсаженным горлом. Привалилась спиной к стене дома. В груди клокотало, сердце рвалось прочь, как цепной пёс с привязи. Катя осталась далеко позади, но в ушах продолжал звучать её крик.
Дура, дура, дура! Ведь могла узнать у неё, в каком приюте сын! Хотя бы узнать, кк он, хотя бы посмотреть… издали…
Майя захлебнулась криком и сама себе зажала рот ладонями. Две молоденькие девушки, проходящие мимо, шарахнулись в сторону и поспешно увеличили расстояние. У одной в руках была коробка с пирожными, выроненная в спешке. Девушка хотела было за ними вернуться, но поглядела на Майю и передумала.
Подождав, пока девушки скроются из вида, Майя подобрала надтреснутую коробку. Не пропадать же добру!
«Меня ищут,- подумала Майя.- Кто? Зачем?»
Она и не предполагала, что Катя станет подавать заявление на розыск. Ведь они друг другу не родственники, вообще никто! А она, оказывается, ищет. И даже узнала в страшной бомжихе с обветренным, красным лицом прежнюю Майю. Как же так? И что теперь с этим делать?
Но возвращаться к Кате теперь, когда у неё, видимо, появился мужчина. Возвращаться в таком виде и после стольких месяцев… Чтобы испортить жизнь ещё и ей? Нет, довольно она наследила! Катя не виновата, что связалась с таким человеком, как Майя, и не знает, что надо держаться от неё подальше. Зато сама Майя – знает.
Но ведь Матвей…
И стыдно, и больно, и невыносимо…
Больше в районе Витебского вокзала Майя не появлялась.
Начало
Предыдущая часть
Продолжение
Подписывайтесь на мой канал, чтобы не пропустить продолжение.
Ваша Sera.