Привет! В предыдущем посте я рассказывала о том, что такое чтение с листа и с чем это едят.
А сегодня расскажу о том, как это было у меня в музыкальной школе. А было, ребятушки, весьма трэшово.
Фак мой мозг!
У меня — волшебный мозг.
Отличная память, нормальный слух, все супер. Но... Я левша и, как хоть и не все, но значительная часть левшей я страдаю дислексией. Сначала я думала, что это не связано, а потом поняла, что всё-таки связь есть. К счастью, моя дислексия не выражается в том, что мой письменный язык напоминает что-то типа: "Пх’нглуи мглв’нафх Ктулху Р’льех вгах’нагл фхтагн!"
Но... Помню этот ужас в обычной общеобразовательной школе 1990-х, который называется "техника чтения": все в классе читают 100-120 слов в минуту а ты практически до конца третьего (выпускного из "началки" на тот момент) класса - 70-80. И ничего. Ни-че-го не можешь с этим поделать. При этом — уже немного даже трындишь на английском, а всякое там "природоведение" учишь ещё на уроке, и даже дома параграф можно не читать. А какие имена для игрушечных котозаев придумываешь! Котильда, Маджента, Тиза... При этом открываешь книжку, взрослые просят, мол, почитай вслух, а ты — "Ма-ша, ка-ша" или Хоттабыч у тебя внезапно "осведОмился" (да, и значение слова "осведомИлся" при этом, в отличие от одноклассников, знаешь, просто...ну так читаешь и всё!)
При чтении с листа задействованы те же процессы, что и при чтении вслух. Потому ничего удивительного: если человек проявляет это в какой-то области, есть риск, что в чем-то похожем это тоже нарисуется.
Г. Фридкин "Песень про нежности".
И вот, я прихожу в музыкалку. По началу не так страшно, но это — до тех пор, пока преподша по специальности не настаивает на том, чтобы я сменила педагога по сольфеджио на более сильного. И тут — ой, ребзя... Как говорит моя маникюрша: "Кино и немцы".
Нас "насилуют" каждый урок вот этим сборником.
Часть номеров там была с аккомпанементом. И, конечно же, его не играть разрешалось только тем, кто НЕ пианист! Потому, дорогая мини-С Пинтовна, будь добра.
Опозорившись однажды с попыткой как спеть номер, так и сыграть аккомпанемент и выслушав всяческое "фе" от мега-заслуженного педагога по сольфеджио, я твердо решила: "Баста, карапузики! Мне двойки и унижения нафиг не сдались, буду учить наизусть."
И вот, ваша покорная слуга вызубрила наизусть за несколько дней всю эту чёртову книжку. А затем нагло читерствовала.
"Ма-ма, ма-ма, что-я-бу-ду-деее-лать".
На сольфеджио "кино и немцы" не закончились. Ибо появились предметы "ансамбль" и "аккомпанемент".
Наш фортепианный класс аккомпанировал одной скрипачке, флейтисту и двум народникам: домристке и балалаечнику. Все из себя — лауреаты, потому так "осведОмиться" перед ними уже было особенно стрёмно.
Моя училка по фортепиано, конечно же, пыталась что-то сделать с моим чтением с листа, но, поскольку: а) вечно был цейтнот, б) помимо этого безобразия у меня у самой в приоритете были всякие конкурсы, концерты и работа над программой, не считая экзаменов и зачётов, естественно, побороть проблему долгими тренировками навыка чтения с листа, запасаясь э-пи-чес-ким терпением, было нереально.
Естественно, в библиотеке, где стоял единственный ксерокс на всю музыкальную школу, копировались ноты и я все это зубрила наизусть.
А как же без чтения с листа, дорогая С Пинтовна, ты "асиливала" более сложные произведения?
Ну, ребятушки, как два пальца об асфальт. Если с краткосрочной оперативной памятью у меня была — типичная 98-я "винда", то долговременная память у меня постепенно превращалась в здоровенный, размером с ходячий замок Хаула, БТРище.
В выпускной программе у меня были шестая прелюдия и фуга из второго тома "Хорошо темперированного клавира" Баха, а также — трилогия Кажлаева "Созидание", "Плач", "Протест", ну и ещё много интересного в плане этюда и 1-й части концерта Гайдна. Делала так: сначала учила по кускам, затем — "склеивала". А полифонию (так, ребятушки, "зовут" творения Баха в наших кругах, прим. С Пинтовны) — левую и правую наизусть отдельно, а потом стыкуем.
И вот... Так и прожила я без навыка чтения с листа до тех пор, пока мне не стукнуло 34 годика и внезапно я осознала, что пора с этим что-то сделать.
Продолжение следует.
Ну что? Как вам моя история?