...Ледяной дождь барабанит по крышам и мостовым жалкого, пропахшего рыбой и отбросами, портового городишки, название которого я не потрудился запомнить. Сумрак ненастного дня давно сменился ночной тьмой, а выдыхаемый мной воздух немедленно превращается в быстро рассеивающиеся завитки пара.
Я сижу, прислонившись спиной к каменному фундаменту здания, в паре шагов от дверей местной забегаловки. Моя одежда: лохмотья, да старый плащ — давно сдались под напором влаги и холода, оставив мою плоть один на один с непогодой. Меня клонит в сон. Под надвинутым на лицо капюшоном, я встряхиваю головой, и, в который раз, незаметно разминаю руки и ноги, пытаясь согреться. В подворотне, что находится на другой стороне улицы, свет редких фонарей случайно цепляется за металлическую заклепку, обнаруживая присутствие остальных. Они ждут, как и я. Им нет нужды лежать на земле, но я им не завидую. Я сам выбрал эту роль — главную роль в этом представлении.
Оглашая улицу похабными песнями, из-за угла выруливают трое громил. Проходя мимо, один из них пинает меня по ногам.
- Простите, добрый господин, - я корчусь, сворачиваясь в клубок и изображая страх. Бросив быстрый взгляд из-под капюшона, я успеваю разглядеть добротную кожаную одежду, сальные волосы, не раз ломаные носы, шрамы на лицах, и глаза, полные пьяного веселья. Они плюют на меня и, весело хохоча, заходят в трактир. Я узнал всех троих, и двое из них навряд ли переживут сегодняшний вечер... Впрочем, все зависит от того, на сколько они успеют разозлить Ворлонда.
Я не двигаюсь с места еще около получаса — нельзя спугнуть добычу. Мы так долго за ней гонялись. Наконец, поднявшись, я разминаю плечи. Жертва там, где должна быть, силки расставлены, загонщики на местах — финал охоты близок.
Дверь нещадно скрипит, когда я вхожу в тепло кабака. В нос ударяет смесь запахов дешевого алкоголя, табака, перегара и горелой еды. Я почти спиной ощущаю, как Ворлонд занимает новую позицию и отдает быстрые приказы местным стражникам, занятым в операции. Занемевшие от холода мышцы помогают мне играть свою роль, до последнего мгновения — пошатываясь, я бреду от стола к столу. Вышибала уже поднялся со своего места, чтобы вышвырнуть меня, осталось мало времени, но я уже у цели.
За большим столом засела пьяная компания. Среди них и те трое, с улицы. Дешевое поило льется рекой, звучат сальные шутки в адрес девчонки-официантки, дым режет глаза. Я подхожу к столику и, легко качнувшись, толкаю одного из громил. Тот разливает свой напиток и вскакивает на ноги, хватая меня за грудки. Дерций Тортус — бандит, головорез, убийца и главарь банды морских псов. За ним меня послали в эту дыру. Именно его лицо сейчас находится на расстоянии ладони от моего. Его пальцы нащупывают кольчугу, под лохмотьями, глаза округляются, губы начинают кривиться в оскале.
- За короля! - выкрикиваю я условленный пароль и бью ребром правой ладони в горло бандиту. Он разжимает пальцы и клонится назад, но теперь уже я держу его за грудки. Мое колено врезается под ребра противника, пока его дружки вскакивают с мест. Удар сопровождается оглушительным треском разлетающегося в щепки дерева — это Ворлонд. Мой старый друг и напарник, верзила, каких я больше не встречал, походя ломает дверь плечом и немедленно обрушивается на захваченных врасплох бандитов. За ним, в трактир врываются стражники.
На самом краю слуха я различаю сдавленный стон, вылетающий изо рта Тортуса. Он нужен мне живым, но его здоровье для меня не принципиально. Разворачиваясь на каблуках, я вздергиваю бандита вверх и, одновременно подбивая его под ноги, бросаю противника на пол. Я не беспокоюсь о сообщниках Тортуса — ими занимаются Ворлонд и стражники. Время, для меня, замедляется. Противник летит, приближаясь к досчатому грязному полу. Краем глаза я замечаю ломающийся пополам стол, под тяжестью тела, запущенного в полет Ворлондом. Вижу как его кулак приближается к челюсти уже другого противника. Зубы бандита вылетают изо рта одновременно с тем, как голова Тортуса встречается с полом.
Время возобновляет свой бег. Я выпрямляюсь, возвышаясь над телом Дерция. Бой окончен, трактир разгромлен, а все, кто не успел удрать, либо взяты под стражу, либо валяются на полу.
- Он? - Ворлонд хлопает меня по плечу, восстанавливая дыхание.
- Он, - отвечаю я, - В живых кого-нибудь оставил?
- А пес их знает, - усмехается здоровяк, - Может кто и оклемается... Боишься Тортусу будет одиноко на виселице?
- Ну, а вдруг, - оглядывая помещение я одобрительно киваю, - Здесь мы закончили...
Тортуса повесят — нет сомнений. Жаль, насладится этим зрелищем мне не удастся. К тому времени я уже буду на другом конце страны, выслеживать очередного мерзавца.
Это не просто работа — это долг, призвание и вся моя жизнь. Безмолвным некогда отдыхать.
За короля!...
(с) Филип Корс. Мемуары. Не издано.