Я иду в пальто,
которое мило, то,
которого зелень тон.
В округе серых стен
и тошных новостей
собою серость стер.
Перековеркал их
многобетонный лик,
мховый подрал парик.
Собрал и вытушил
болотной ветоши,
осокой сшил.
Пальтища горизонт
окаймлен с низов
из одуванных сор.
Я часть биоценоза -
единственная роза,
привыкшая к морозу
чугунных переулков,
их пению, что гулко,
завещанное внукам.
Иду по ним, гляди-ка,
на фоне скорби дикой,
иду туда, где тихо.
Навыкат горб старика,
Как заросток орляка.
Пятном виден издалека
Красильников 2020
Я иду в пальто,
которое мило, то,
которого зелень тон.
В округе серых стен
и тошных новостей
собою серость стер.
Перековеркал их
многобетонный лик,
мховый подрал парик.
Собрал и вытушил
болотной ветоши,
осокой сшил.
Пальтища горизонт
окаймлен с низов
из одуванных сор.
Я часть биоценоза -
единственная роза,
привыкшая к морозу
чугунных переулков,
их пению, что гулко,
завещанное внукам.
Иду по ним, гляди-ка,
на фоне скорби дикой,
иду туда, где тихо.
Навыкат горб старика,
Как заросток орляка.
Пятном виден издалека
Красильников 2020
