"109, примите вызов на Тверской 71, квартира 10, буйные соседи не дают спать, звонивший сказал, что слышны детские крики", - передал женский голос в автомобильной рации милицейской машины.
Алексей потянулся за тангентой: "109, вас понял, через 10 минут буду на месте".
- Что, снова соседи спать не дают?,- спросил его коллега, прапорщик Андрей Овсиенко, бывалый полицейский, которому немного осталось до пенсии.
- Да уже третий вызов подряд. Е-мае. Что за дурдом сегодня происходит?, - ответил старший лейтенант Алексей Колесников.
- Ну, поехали тогда, видно, сегодняшнее дежурство будет очень долгим . - с этим с словами Овсиенко завел двигатель старенького Уазика и покатил в сторону Тверской.
Пока они ехали, Алексей вспоминал последние два вызова, ничего необычного, обычные семейные разборки. "Сегодня же день ВДВ как никак, без драк не обойтись", - подумал он. А вообще он не любил такие выкрутасы. " Ну послужат год, а потом хвалятся всю жизнь. С парашюта хоть прыгали орлы, интересно?", - усмехнулся парень про себя.
Ему было 26 лет, прошел Суворовское училище, Волгоградскую академию МВД и вот-вот должен был получить капитана. "Главное, чтобы выговор не объявили, козлы", - подумал Алексей и вспомнил, как он еле-еле получил старлея три года назад из-за одного незначительного косяка. Отмахнув невесёлые мысли в сторону, парень смотрел на звёздное небо. Казалось, ничто не предвещало беды.
Приехав на место и найдя нужный дом, Алексей зашёл внутрь, Андрей остался ждать возле машины. Квартира находилась на четвертом этаже, зайдя на площадку парень не услышал никаких звуков, которые бы доносились из квартиры, и постучался в дверь.
Никто не открывал. Потянув за ручку, он обнаружил, что дверь не заперта и открыл ее. В нос ему сразу ударил металлический запах крови. В квартире был бардак, вещи валялись повсюду, как будто их расшвыряли, а на полу в различных местах были потёки крови. Пройдя дальше по коридору, Алексей услышал чавкающие звуки. Они доносились из комнаты справа. Достав табельный Макаров он начал осторожно продвигаться в ту сторону. Видимо, это была детская. На обоях постеры супер-героев, кровать-машинка Молния Маккуин, валяются детские игрушки. Довершало всю эту картину грандиозное пиршество, которое устроили маленький мальчик и мужчина лет 35 над телом женщины, видимо матери. Лицо ее было все изгрызено. Мальчик держал что-то в руках и ел. Алексей пригляделся и чуть не заорал от ужаса. Пацан грыз руку.
Оба каннибала не заметили милиционера.
Он вскинул пистолет и крикнул: " Эй, уроды, лечь на пол, руки за спину, стрелять буду!". Тут мужчина неторопливо поднялся и развернулся в сторону Алексея, мальчик продолжал грызть руку мамы, как ни в чем не бывало.
А мужчина, пошатываясь, будто пьяный, медленно шёл в сторону полицеского.
Алексей не растерялся и начал стрелять ему в грудь. Раз, два, три, четыре! Четыре пулевых ранения в грудную клетку с короткой дистанции, с таким диагнозом не живут, но этот нечеловек с безумным взглядом, казалось, видел перед собой только человека в форме и упрямо шел к нему.
Тут Алексей навел мушку на голову мужчины и сделал ещё два выстрела. Гремело эхо от выстрелов, в воздухе пахло порохом.
Мужчина упал, и не делал попыток двигаться, будто бы пропало безумное выражение его лица, а стянувшиеся бельмом глаза прояснились.
Алексей перевел пистолет на мальчика. Тот пытался встать, но мамина руках, которую он до сих пор держал, была слишком большой для него и мешала ему.
Алексей вздохнул, помолился и прострелил тому голову пулей. Пересчитал патроны. Осталось пять штук, спасибо шефу, пробил новенькие ПММ для личного состава, в магазине которого помещалось 12 патронов.
Тут в комнату ввалился прапорщик Овсиенко с АКСУ наперевес. Поводя стволом из стороны в сторону, увидел коллегу с пистолетом в руках, потом обратил внимание на трупы и изгрызенное тело женщины, и его вырвало прямо в комнате.
- Андрей, вызывай наряд и медиков, пусть освидетельствуют трупы. Я позвоню шефу, творится что-то неладное. - сказал старлей, после того как его коллега перевел дух.
- Леха, слушай, это же ****ец какой-то, етить-колотить!
- Андрюха, у меня у самого ноги трясутся, я телефон в руки взять не могу. У тебя курить осталось?
- Да, ща. На, держи, прям здесь давай закурим, а то я с ума сойду сейчас.
За этими разговорами мужчины не увидели, как труп женщины задергался и стал двигать своей оставшейся рукой.
