Любовь Васильевна Боровая, наша учительница пения, пришла работать в школу при мне. Я, однако, классе во втором учился. Работала ли она где-то до этого, я не знаю. Она, наверное, недавней выпускницей была. До неё у нас музыку преподавала какая-то пенсионерка. Помню, что учились мы в старой школе ещё, даже наш кабинет помню.
Любовь Васильевна к пению и искусству всегда относилась серьёзно, объясняла нам всё, чтобы мы, ребятишки, понимали всю сложность этого школьного предмета: что петь - это не орать и не кричать громко, что голос - это тоже инструмент и так далее. Никогда не давала поблажек, какие-то шалости на уроках не позволяла.
А мне, ребёнку, тогда казалось, что раз урок пения, то можно похулиганить. За это Любовь Васильевна как-то и меня выгоняла из класса, и других ребят. Ставила в коридоре лицом к стенке и запрещала куда-либо отходить. Приходилось до перемены так стоять. Зато на следующий урок такого не позволял себе никто.
И потом, в конечном счёте, Любовь Васильевна весь класс приучила к дисциплине и увлекла пением: если она что-то рассказывала, в классе была идеальная тишина. Но её ещё и интересно было слушать, как она рассказывала. Потом у нас почти весь класс в хоре пел, причём по доброй воле, никто никого не загонял, всем было интересно научиться петь.
Мне Любовь Васильевна всегда ставила в пример моего брата, Михаила. Как я говорил, учительницей она была очень строгой, поблажек никому не давала. Даже мне, хотя я в хоре пел, был одним из солистов, и за школу выступал. Помню, как мы ездили выступать на конкурсы между школами нашего района. Мы несколько песен пели дуэтом с Витькой Ивановым, который был старше на год. Несмотря на это, наша учительница всегда повторяла, что музыка - это очень серьёзный предмет.
В первые же годы своей работы в нашей школы, Любовь Васильевна организовала со старшеклассниками ансамбль, куда пригласила и моего брата. Насколько помню, Миша в хоре не пел, а ходил отдельно на репетиции, которые проходили в клубе, а от школьных уроков пения его вроде бы освободили. Брат начинал играть в ансамбле на ударных. Миша и петь мог, у него от природы очень хороший слух был, но Любовь Васильевна разглядела у него и отличное чувство ритма, из-за чего его за барабаны и посадила. Чувство ритма редко у кого бывает. Это так же как сопрано у мужчин. Вот почему хорошие барабанщики были всегда в цене.
Сама Любовь Васильевна в ансамбле солировала, пела. По-моему, ещё на клавишах играла. По крайней мере, наши школьные песни, которые мы разучивали классом, играла на фортепиано. В ансамбле при клубе было 2 гитары, бас-гитара, ударные инструменты и ионика (электропианино).
Мы-то, хоровики, народные и патриотические песни пели. А у них была отдельная эстрадная программа, состоящая из популярных песен, которые в то время звучали по телевизору и на грампластинках. В основном ансамбль выступал в нашем клубе, а так же в нашем райцентре, Смоленском. Тогда же не было такого понятия как гастроли. Гастроли – это, как говорится, у высшей касты эстрады было, они ездили и выступали по стране. А наши только иногда в другие деревни выезжали по обмену опытом. Однако живые выступления известных только в нашем районе ансамблей пользовались не меньшим успехом у земляков.
Любовь Васильевна, обращаюсь уже лично к Вам! От всей души я со своей семьёй поздравляю Вас с юбилеем и желаю крепкого здоровья и долголетия! Оставайтесь такой же жизнерадостной и весёлой!
Я благодарен за то, что Вы увлекли меня и Мишу музыкой. Именно с этих уроков и репетиций проявился наш интерес к пению и эстраде. Я признателен и за то, что Вы долгие годы являетесь постоянным участником мероприятий, посвящённых памяти моего брата.
Мы всегда с большим удовольствием слушаем Ваши песни и воспоминания, а также выступления коллектива под Вашим руководством. Радуйте нас, своих учеников, земляков и всех зрителей как можно дольше! Спасибо Вам за всё!