У входа в лес всегда стучу:
Никто не входит в дом без стука.
Молитву краткую шепчу —
И вот уже в гостях у друга.
Иеромонах Роман
21 сентября 2006, Рождество Пресвятой Богородицы
Скит Ветрово
А я снова отправилась гулять по лесам. Ну не могу я долго без леса. Задыхаюсь.
На сей раз путь наш был неблизким - в те места, куда мильён лет назад мы ходили с нашей бабушкой. Дорога была трудной, долгой, но результат был ошеломляющим. Такой красоты и истинного буйства природы я не встречала уже очень давно.
Лисички, белые, целые поляны подосиновиков и море черники... Уходить не хотелось категорически.
О наших приключениях я обязательно расскажу чуть позже, а сейчас поведаю вам о загадочной штуковине, которую мы обнаружили на самом лесном входе/выходе.
Большое металлическое корыто зачем-то висело, привязанное добротной вожжой (кто не в курсе, это "часть упряжи, состоящая из верёвок, ремней, прикрепляемых к удилам, для управления лошадью с телеги, саней, кареты и т.п." - толковый словарь Ушакова) к дереву и всем своим видом внушало еле уловимый мифический ужас. К тому же дереву была прислонена и палка, что явно указывало на определенное действие: возьми палку, стукни по корыту.
Но зачем???
- Может, медведей отгонять? - предположила моя дочь Пална.
- Или путников заблудившихся звать, - пожала плечами я, - Пошли за черникой.
Собирать крупную сладкую ягоду было сплошное удовольствие, а отсутствие комаров - приятным бонусом. Мы включили музыку, и работа закипела.
"Тук! Тук! Тук!".
Мы с дочерью дружно вскинули головы и посмотрели в ту сторону, откуда исходил звук. Он не был похож ни на частый перестук дятла, ни на треск случайно обломившейся ветки, был размеренным и сильным.
- Что это было? - спросила дочь.
- Не знаю...
Мы прислушались, но стук больше не повторился, а потому мы вновь принялись собирать чернику, как вдруг...
- А что вы тут делаете?
Спокойный мужской голос заставил нас вскочить на ноги, а кое-кого - даже взвизгнуть (да меня, меня, признаюсь). На дорожке стоял небольшого роста кругленький усатый мужичок и хитро поглядывал на нас из-под густых, с редкими седыми волосинками бровей.
- За ягодами вот пришли, - ответила Пална, - А это вы стучали?
- Я, конечно.
- А зачем?
- Да что вы, милаи? Не знаете? Так исстари люд русский лес привечал, да зверя предупреждал: тут, мол, я, да не к тебе пришёл, а по грибы-ягоды. Лешему, опять же, весточка - гости к нему пожаловали, и без стука не вошли.
- Лешему? - засмеялись мы с дочкой.
- Лешему, - совершенно серьезно ответил мужичок, - Это ведь дом его, его владения. Надобно хозяина предупредить, и угощение ему на пенёчке оставить. Вот вы - принесли угощение?
- Нееет, - хором ответили мы.
- Зря! - веско припечатал нас он, - Леший ведь и обидеться может, закружит вас по лесу, нипочём дороги домой не сыщете.
- Да что вы, в самом деле, мужчина! - рассердилась я, - Такой взрослый, а детей пугаете! Леший! Придумаете, тоже!
- Глядите, моё дело - предупредить, - ответил мужичок и отправился в глубь леса.
А мне, знаете ли, неспокойно как-то стало на душе, тревожно.
- Знаешь, что? Хватит нам ягод на сегодня. Завтра ещё пособираем, - решительно сказала я дочке, - Пошли домой.
- Мам, ты Лешего испугалась, да? - засмеялась та.
А я не испугалась. Ну, если только совсем чуть-чуть... Надо бы завтра с собой конфет захватить что ли...