У нашей мамы было три дочери и шесть внуков. Подвижная, весёлая и живая женщина, она ни дня не сидела дома, ездила ко всем нам по очереди, встречала детей из школы, разогревала им обед, присматривала, чтобы не баловались. На выходные приезжала в гости с пирогами или лепёшками. Но не надоедала. Проведала - и поехала, дела у неё были всегда. Отец наш умер рано, я предлагала маме жить с нами, но она отказалась. И свою жизнь - одинокую и свободную - она очень любила. Старички к ней сватались, а как же? Чистенькая, весёлая, грамотная. Но никого ей не надо было. Жила в своё удовольствие. Читала, шила. Вышивала без очков до восьмидесяти лет!
Потом заболела, долго лежала и потом умерла. Мы с сёстрами перед продажей её квартиры поделили вещи, ящик с бумагами достался мне. Первые полгода я не могла их читать - слёзы не давали. Сейчас уже прошло два года, я стала их разбирать и ужаснулась. Какой же одинокой она себя чувствовала! Несколько записок я поставила в галерею.
В её бумагах - скорбные даты смерти знакомых и родных, любимых певцов и артистов. Она за всех переживала. Но для нас была самой жизнерадостной и позитивной. Как хочется её обнять и никуда не отпускать. Только поздно. А песню "Оренбургский пуховый платок", слова которой я нашла у неё в бумагах, до сих пор пою со слезами.