Однажды в старый секретер положили новенький ключ, он пах смазкой и был очень красивым. Ключ не знал ещё, что будет дальше и просто лежал, он не умел жить, это для него было в новинку. Всё что у него хорошо получалось это находиться на своем месте, ведь его туда положили не просто так.
В старом секретере было много разных вещей, одни имели богатую историю, другие были однажды положены и забыты, третьи то появлялись в нём, то исчезали навсегда или на время. Именно вещи из третьей категории были самыми интересными. Возвращаясь из неизвестности обратно в секретер они рассказывали про то, что видели за его пределами. Все жители желали узнать что-то новое о том что твориться снаружи.
Очень часто рассказы о мире за пределами секретера были непохожими друг на друга.
Например иголки рассказывали что внешний мир похож на что-то теплое, что касается их, что они проходят через много слоев различной структуры, что окружающий мир это тепло, которое касаясь подталкивает их проходить насквозь через множество слоев мироздания.
Им вторили нитки, что всё именно так, за исключением того что мироздание можно охватить собой и постараться понять его. Мечтой каждой нитки было охватить как можно больше слоев мироздания и познать его.
В этом вопросе нитки и иголки были непримиримыми спорщиками. Иголки считали, что главным в жизни является проникновение через миллиарды слоев мироздания, только так, считали они, можно постичь жизнь. Нитки же стояли на своем познавании через охватывание и удержание этих слоев вместе.
От этих разговоров старым открыткам и фотографиям становилось дурно, их немного тошнило и у них кружились заглавные буквы. Всё что они знали о мироздании сводилось к опыту приобретенному глубоко в юности, когда они были наивными, глупыми и размалеванными красотками. Самой авторитетной была теснёная золотом открытка "С Юбилеем 65 лет!" с большим желтым пятном в виде кольца.
Она часто собирала всех и рассказывала о своей пламенной юношеской любви к высокому сверкающему незнакомцу. Плодом именно этой любви было то жёлтое круглое пятно сразу под надписью "С Юбилеем 65 лет!"
С годами её рассказы дополнялись различными пикантными подробностями о той прохладе и сырости которую он подарил ей при их соприкосновении:
"...как приятна была его тяжесть и как сверкало что-то прекрасное внутри его идеальных форм." Эти рассказы нравились только другим открыткам, быть может в силу их врожденной легкомысленности и веры в то что жизнь должна быть праздником.
Более серьезными были старые фотографии, они жили кланом и их легенды о мироздании были наполнены смутными воспоминаниями о красном свете, тьме и луче создателя форм. Об очищающем погружении в воды проявления и о горячих объятиях дающего жизнь.
Никто из живущих в секретере не верил в легенды фотографий их считали сектантами и шарлатанами. Но авторитет у фотографий всё же был, их доставали из секретера три раза в год, всегда в одни и те же дни. И в эти дни они рассказывали про яркий свет и теплые прикосновения творца, а остальное хранили в тайне.
Ещё в секретере жила старая игольница, она была самой первой жительницей секретера и говорила что в начале времен секретер был пуст, и в нём носился запах лака и дерева. С тех времен много поколений пуговиц сменилось в шкатулке. Именно старая игольница придумала отсчитывать время своей жизни уходящими из секретера пуговицами. Уходя они не возвращались обратно, племя пуговиц верило в фатализм их жизни, - в великое предназначение. Иногда пуговиц становилось больше, но вновь пришедшие не знали о том что с ними было раньше и поведать что-то осмысленное не могли.
В такое разношерстное общество и попал наш новенький ключ. Это вызвало смятение и тревожные разговоры. Это был первый ключ попавший в этот секретер за всю его долгую жизнь. Сам секретер относился к внутренним хлопотам своих обитателей философски, он был больше, знал больше, возможно больше других понимал свою жизнь. Он знал о том что как снаружи так и внутри его существует разнообразная жизнь. Больше всего на свете он любил открываться. Когда неведомая сила распахивала его створку его внутренности обдавало свежим воздухом и разными запахами, ему нравилось ощущать как перемешиваются его собственные запахи и запахи внешнего пространства. Именно в эти минуты он чувствовал что живет.
Появление нового ключа не вызвало у секретера интереса, потому что секретер имел собственный ключ, он знал для чего он нужен и чувствовал превосходство над встревоженной мелочью. Секретер знал что он называется "Секретер" и по праву полагал, своё имя связанным с секретом о ключе. Никто внутри не знал что у него был ключ и что именно ключ открывал и закрывал внутренний мир от внешнего. Он наслаждался своим могуществом и властью, возможно именно от этого наслаждения он иногда сладострастно поскрипывал...
(продолжение следует...)
