О коронавирусе и телефонах.

Несколько лет назад на меня легли заботы о пожилом родственнике, оставшимся в одиночестве на старости лет. Почему он остался один, расскажу как-нибудь отдельно. Какой бы ни был человек, но нельзя бросать беспомощных людей.

Этот пожилой человек – родной брат моей матери, но общались мы редко, только по праздникам и в экстренных случаях.

Кстати, были экстренные случаи с попаданием в больницы из-за инфаркта, но как только немножко отпускало, он считал себя еще как о-го-го и опять родную сестру, старуху, моложе его на два года, знать не особо желал.

Итак, пожилой человек с деменцией и обширным набором болячек, считающий себя молодым и требующий внимания молодых женщин.

Очередной экстренный случай привел к тому, что после инсульта и инфаркта из больницы забрать его было некому и мне, как ближайшей мобильной родственнице, пришлось все заботы взять на себя. Что такое больной человек с инсультом мы знали на практике, так как семь лет мать ухаживала за парализованным мужем, но тут добавилась деменция. Жить с ним в однокомнатной квартире я не могла, да и своя семья забот требует, а мать он не принимал: хотел молодую. Но, одного его мы почти не оставляли.

Не хочу рассказывать, во что вылился уход за дядей в течение нескольких лет, скажу только, что от инсульта и инфаркта почти следов не осталось, а деменция чуть не довела до пожара, драки, ухода в никуда и еще нескольких тошнотворных событий. Соседи были в ужасе и боялись, что вред может оказаться всеобъемлющим.

Было принято совместное решение о переезде в платный пансионат для пожилых людей по просьбе самого дяди, в один из периодов просветления.

Два года дядя благополучно жил в пансионате. Мое посещение раз в месяц считал еженедельным. Все шло своим чередом: за ним ухаживали, кормили, развлекали, лечили, гуляли и обслуживали. Ему было 80 лет.

Но, случился вирус! Пансионат перешел на карантин. Уж не знаю, кто занес вирус в пансионат, но дядя его подхватил. Через пару недель положение его ухудшилось и дядю увезли на скорой помощи в больницу.

Вот тут и началась проблема с телефонами.

Первая больница, недалеко от пансионата была перепрофилированным роддомом. Туда можно было позвонить и узнать о самочувствии больного. Какие-либо посещения запрещены и что-нибудь, кроме «подключения к аппарату не требуется», узнать не было возможности. У дяди не было мобильного телефона! Он и раньше не особо мог им пользоваться, а тут, как выяснилось, мобильный телефон – это жизненная необходимость!

Дозвониться в больницу – это еще тот подвиг!

И вот, узнаю, что его перевели из этой больницы в Парк Патриот. Без оповещения родственников. Дали дедку с деменцией подписать согласие на переезд и увезли невесть куда.

Вы где-нибудь видели телефон больницы Парка Патриот? Я – нет. Звоню в сам Парк. С сотого раза узнаю телефон переделанного в госпиталь Экспо. С энного раза дозваниваюсь. Там. Живой. Еду срочно, везу телефон и с крупнейшим шрифтом, написанным моим именем с контактным номером, памперсы, влажные салфетки и прочие средства. Слава богу, что два раз в день им носили передачи. Подождав немного, стала названивать, но никто трубку не брал. Через день санитар заглянул под кровать, нашел этот телефон и позвонил. Наконец-то выяснилось, что дядя жив и что еще надо привезти.

Теперь мы смогли держать связь.

При очередном разговоре я, вдруг делаю открытие, что дядю опять перевезли. Опять без ведома родственников. Только что отпросилась на работе отвезти очередную партию гигиенических средств, а ехать не знаю куда.

Спрашивать у восьмидесятилетнего человека с деменцией о том, где он находится, бесполезно. Он иногда говорил, что дома, а иногда – в клетке. Вот и разберись!

Сразу скажу, что общей горячей линии узнать где находится больной – нет! Есть линия по коронавирусу, но они там другими какими-то задачами занимаются. Я звонила.

С грехом пополам удалось поговорить с выписывающимся молодым соседом, который мне назвал больницу и ее примерный адрес в районе Кубинки.

Поехала разыскивать. Нашла и даже передала все необходимое. Спасибо охране, которая позволила оставить посылку для дяди в неурочный час.

Когда у дяди разрядился телефон, мне пришлось спешно ехать к нему и, через ту же охрану, просить мед.персонал включить телефон на подзарядку. Почти три месяца переездов.

В этой больнице случилось пообщаться с лечащим врачом и узнать, что у дяди поражено 70% легких. После очередного КТ, мне сообщили, что дядю выписывают на следующий день с о-очень положительной динамикой. Совместно с тем же пансионатом для пожилых людей организовали перевозку для лежачих больных. Пансионат принял дядю в отдельную палату на карантин под присмотр врача. Мне с дядей увидеться не дали. Я его вообще все эти месяцы не видела, только слышала.

Через три недели после выписки с положительной динамикой дядя умер. Воспаление легких.