Откуда я знаю Вовку, уже даже не помню. Кажется, мы познакомились с ним летом, зеленела трава, ярко светило солнышко.
Хотя нет, все было не так. Была зима, выли метели, трещал мороз. Вот так будет правильнее представить нашу первую встречу.
Отчего-то он решил, что мне подойдет простенькое имя Машка. Ну какое это имя для кошки, которая ведет свой род от древнегреческих цариц? Но мне не хотелось расстраивать трогательного человечка.
Взяла его себе на поруки, решила воспитать под себя. Почти сразу поняла, что без меня он пропадет.
Вовчика пришлось всему учить, он был настолько не осведомлен в кошачьей жизни, что меня сначала аж бросало в дрожь.
Он то пытался накормить меня рыбой, сплошь состоящей из костей, то наливал по пол-литра молока.
Как объяснить человеку, что так делать нельзя? Я излагала, демонстрируя физиологические изыски в лотке. Ела сама себе на зло, и Владимир постепенно понял.
Стал кормить меня мяском, печенью и другими вкусностями. Читал какие-то книжки, со страниц которых на меня смотрели другие кошки. Прогресс был очевиден, Вова рос у меня на глазах, превращался в уважаемого человека.
Но у него был один существенный недостаток, Владимир был очень жадным. Мне пришлось многое пережить, прежде чем это человек понял, что с кошкой Марией нужно или делиться, или отдавать ей все без остатка. Третьего варианта нет.
Был один случай, который перевернул наши отношения. Как-то Вова привез из деревни, где жила его бабка, килограмм десять парного мясца. Сразу заныкал его в холодильник. Мне же пригрозил пальцем, типа - не подходи, Машунь.
По Вовиному поведению стало ясно: он задумал меня уложить спать, а сам взяться за мяско. Конечно, пришлось вмешаться в его планы. Я улеглась ему на живот, начала урчать.
Да так, как много тысяч лет назад делали мои предки, чтобы загипнотизировать своих недругов.
Гипнотизер из меня не очень, сработало только наполовину - Владимир уснул. А я как усердная хозяйка пошла изучать свое домашнее хозяйство, которое звало меня ароматами из холодильника.
Холодильник открылся на раз-два. Он уже привычный к моим коготкам. Сначала думала, что только попробую мяско. Но обида на Владимира заставляла снова и снова протягивать лапки к вкусной еде.
В конце концов сам во всем виноват, столько для него сделала, а он пожалел мне какую-то говядинку. За размышлениями не заметила, как от мякоти ничего не осталось.
Не долго думая, решила спрятать пакет, в котором лежало мясо, в мусорном ведре. А в холодильнике создать "безмятежный уют", словно говядины там и вовсе не было. Вот Вовка удивится.
И он удивился. Смотрел на меня подозрительно весь следующий день. Вдоль и поперек изучил окно на кухне, видимо, думал, что ночью в нашей квартире побывали непрошеные гости.
А следующим вечером я попалась. Причем так, как даже котята не попадаются. Владимир меня расчесывал и нашел в шерсти малюсенький кусочек мяска. Мы долго смотрели друг другу в глаза.
А потом он почему-то попросил у меня прощения и расплылся в улыбке. Сказал, что мы с ним как близнецы-братья.
Видимо, забыл, что я сестра. Обещал, что дальше жадничать мы будем сообща.
"Вот так кошка Машка своего хозяина под себя воспитывала", - это будет последняя строчка в моих мемуарах.
Воспоминания кошки, которая смирилась с недостатками своего человека. Кто ж без греха?