В нашем советском детстве на моря ездили отдыхать немногие. В моем кругу самым классным считалось, если у тебя есть возможность провести лето у бабушки в деревне.
Бабушки в деревне у меня не было, зато была двоюродная тётка, которая с радостью принимала у себя многочисленных племянниц. А у меня недели проведенные в селе оставили массу ярких воспоминаний.
Ежедневно нас ждало море важных занятий:
- попить парного молока со свежеиспеченными тётушкой ватрушками;
- попастись в малиннике;
- похихикать над бабульками, сидящими на завалинках и громким шёпотом возмущающимися нам вслед по поводу сарафанов на бретелях, что мол, девки городские голыми по деревне ходят;
- наворовать гороха на совхозном поле, а съев горошины, жёвками стручков покормить теткиных уток;
- повытаскивать яйца из под несушек и поесть сырой болтушки с черным хлебом и солью;
- сходить с 40-литровой флягой на колёсах на маслосырзавод и привезти свиньям молочный обрат...
всех дел не перечислить.
Но самым весёлым приключением было загонять вечером корову после пастбища в стойло...
У тёти Веры было две коровы. Когда пастух приводил стадо в деревню, Чайка, как путняя, практически самостоятельно добредала до калитки и заходила, в ожидании вечерней дойки, в свой сарай, а бешенная Малышка, завидев, встречающую её ребятню, вечно срывалась и галопом неслась куда ни попадя.
Её непременно следовало отловить и загнать во двор, чтобы не перегорело молоко, которое, кстати, было намного слаще, чем у Чайки. Вот и догоняли мы егозу всей оравой, пытаясь окружить и задать верный вектор движения.
Однажды, гоняясь за Малышкой, я не заметила крапиву. Продолжая погоню и периодически подпрыгивая на одной ноге, расчесала в кровь ужаленную злой травой вторую.
А потом провалилась по колено в навоз, потому что этой чуме вздумалось убегать от меня по гуртам, в которые свозили отходы жизнедеятельности совхозного крупно-рогатого скота, чтоб потом использовать в качестве удобрений.
В итоге, ранка от расчеса после крапивы воспалилась загноилась и не поддавалась лечению вплоть до новогодних праздников. Как сейчас помню ощущения от пенящейся и шипящей в незаживающей углубившейся ране перекиси водорода, которой папа промывал мне её.
Всё проходит... Прошла и язва. Даже несколько лет напоминающий о ней глянцевый пятачок на коже прошёл. А воспоминания о тех ярких летних деньках по сей день греют мне душу.
Спасибо, что дочитали до конца.
Если Вам было интересно, поддержите автора лайком и подпишитесь, чтобы не пропустить следующие рассказы.
Другие публикации с воспоминаниями о моем детстве:
Невинные шалости советских детей
О ревности и мести
Десятилетняя нянька, Ромка и парафин
Про неоправданный комсомольский героизм
Про времена, когда ключ клали под коврик
Страшная история про "лагерный пирсинг"