Из Рождества, вкрутив педали, мы в хорошем темпе вкатили в Караваево, место с богатейшим культурным и историческим наследием. В этом смысле село настоящая жемчужина Покровского края, а учитывая, что здесь проживает один из лучших краеведов Владимирской земли Нина Трофимовна Романова – то и целый алмаз. Полноценная экскурсия здесь может занять не один час. Но наша задача на этот день была проста – познакомиться с Веней Ерофеевым, сыном того самого, «Москва-Петушки». Едва остановившись возле известного всей округи дома, мы тут же узнали три новости:
1. Веня завязал пить
2. Веня уехал в «родовую» деревню Кузяево и носу не кажет в Караваево
3. Час назад Веню с семейством видели копошащимися на собственном огороде
Решено было двигать в Кузяево, ходу до которого по словам местных жителей было два километра. Не раз замечено, что в России расстояния часто бывают «с гаком». Так и здесь: до Кузяево оказалось не два километра, а без малого все пять. По такой дороге, что каждый километр шел за три. Пот, летящая из-под колес щебенка и безжалостные слепни. Они атаковали так плотно, что, едва спешившись, я насчитал их семь штук только на правой ноге. Плюс 32-х градусная жара. Выручила стоящая по пути деревенька Назарово. Тамошний колодец с ледяной водой помог навести температурный баланс. Зато красоты там просто необыкновенные. И по всей обочине заросли ромашки. Целый ромашковый лес.
Последним испытанием перед Кузяево, стоящего под горкой, стал спуск с нее. Пришлось отчаянно балансировать, давя на тормоза и все время «ловить» переднее колесо. Забегая вперед скажу – на обратном пути в эту горку не получилось забраться в седле, пришлось карабкаться пешком. Но знакомство с Ерофеевым стоило того. Он оказался интереснейшим собеседником и гостеприимным хозяином. Два часа общения пролетели незаметно. Веня показывал нам деревню, говорил о поэзии, об отце, цитировал наизусть стихи и прозу. Рассказал, что готовится издание записных книжек Ерофеева-старшего, и что это может стать литературной «бомбой». Отдельным был тяжелый разговор о том ужасе, как он выходил из последнего трехмесячного запоя. Когда хочешь умереть, а не можешь и попадаешь в Ад на земле. Страшно было слушать о первых восьми днях, из которых Веня смог поспать только два часа. На прощанье я пообещал Венедикту Венедиктовичу внимательно перечитать «Москва – Петушки». И слово свое обязательно сдержу.
Завершением первого дня стал наш приезд в Елисейково, где мой напарник быстро состряпал десантную гречневую кашу. Не скажу, что вкуснее ничего не едал, но хороша оказалась та каша. Да еще на свежем воздухе и после шестидесяти километров пути – просто награда! А потом был сон в деревянной избе в звенящем сосновом лесу.
(Продолжение следует...)