Начало суда над Михаилом Ефремовым сразу обозначило линию, который решил придерживатся актер в ответ на обвинения, что он в пьяном виде устроил аварию в центре Москвы. В результате погиб водитель машины, в которую врезался джип Ефремова.
И вот теперь актер заявил в суде: он об этом ничего не помнит.
Позиция, удобная для защиты – об этом писал еще Ницше: “Благословенны забывающие, ибо не помнят они собственных ошибок”. И Ефремов не так элегантно, но тоже весьма четко обозначил в своей речи смысл своего заявления: “Как же я могу признать себя виновным, если я ничего не помню?”
Затем он даже перешел в наступление, заявив об “инсинуациях”, которые якобы распространяет а нем адвокат потерпевшей стороны: “Мои несовершеннолетние дети… смотрят телевизор, а там показывают материалы дела, где я якобы признал свою вину”.
Впрочем, стоит сказать, что детям необязательно смотреть теленовости на эту тему – им достаточно посмотреть видеоролик, который ранее записал сам Ефремов. Тогда он признавался, что был пьян во время аварии, просил прощения у родственников погибшего и говорил, что “хочет искупить”.
Итак , линия защиты Ефремова выстроена: у него был провал в памяти. Видимо, это то, что медики называют частичной или полной амнезией.
Возможно, актер вспомнил роли, который он играл в театре и в кино – алкоголиков, у которых тоже были провалы в памяти. Например, в “Современнике” в спектакле “Амстердам” персонаж Ефремова терял нить разговора и забывал, о чем хотел сказать.
А может быть, Ефремов вспомнил, как вел себя на следствии знаменитый революционер Камо – и решил сыграть его роль?
Кавказский боевик и грабитель банков Симон Тер-Петросян был большим другом Сталина. Сталин и дал ему это прозвище, потому что Тер-Петросян плохо говорил по-русски, и когда спрашивал, кому передать награбленные деньги, у него всегда получалось не кому, а камо.
Камо ограбил немало банков – но вдруг возникла неожиданная проблема. Боевики взяли очередной банк, унесли много денег – но все они оказались пятисотками, а такие купюры невозможно было разменять в России.
Попытались обменивать купюры за границей, и в Париже на этом попался Литвинов – будущий министр иностранных дел советской России. А в Берлине на этом же взяли Камо – и вот тут он решил изобразить перед следователями полную потерю памяти и вообще непонимание происходящего.
Его пытали: кололи, прижигали кожу – но он продолжал свою симуляцию. Надеюсь, в случае с Ефремовым сейчас дело до этого не дойдет… В итоге немецкие врачи признали у Камо амнезию, сумасшествие, его не стали судить, выдали России – где он позже успешно сбежал из психиатрической больницы.
Интересно, что позже, когда Камо стал одним из известных большевистских лидеров, он, похоже, вспомнил, как с ним обращались в Берлине – и решил применить эти приемы в партийной работе. Он предложил Сталину программу чистки большевистской партии от предателей.
Камо говорил, что переоденет группу боевиков в форму царских жандармов и они устроят имитацию арестов ведущих партийных активистов: “Придем к тебе, арестуем, пытать будем - начнешь болтать: ясно будет, чего ты стоишь. Выловим так всех провокаторов, всех трусов”.
Тогда проект Камо не приняли, хотя позже что-то подобное явно наблюдалось в политике Сталина: возможно, он мысленно благодарил своего соратника за ценную идею.
И – причудливые капризы судьбы: в истории Камо тоже была авария со смертельным исходом. Только он стал не виновником, а жертвой. В 1922 году в Тбилиси он случайно попал на улице под грузовик и погиб…