«Трагедия о короле Ричарде Третьем, содержащая его предательские ковы против его брата Кларенса, жалости достойное убиение его невинных племянников, его тиранический захват престола, со всем течением его отвратительной жизни и вполне заслуженной его смерти. В том виде, как это было недавно представлено служителями почтеннейшего лорда-канцлера» [2, с. 330].
Под таким заглавием в 1597 г. появилось первое издание этой пьесы, но имя автора не было указано. Лишь второе издание, вышедшее в следующем году в 1598 г., носило имя Уильяма Шекспира. Текст пьесы в последующих переизданиях (1602, 1605, 1619 и 1622 г.) не был изменен, но начиная с третьего переиздания рядом с именем автора было добавлено «вновь дополнено»: к этому мы можем относиться лишь как к уловке книготорговцев. Но в первом Folio 1623 г. текст сильно отличается от более ранних изданий (недостает многих мест, находящихся в прежних изданиях, и прибавлены целые сцены, имеющие весьма важное значение и не существующие в первоначальных изданиях). И на данный момент многие шекспироведы придерживаются мнения, что именно текст Folio 1623 г. содержит самый достоверный и полный текст пьесы, в том виде, как он был написан самим автором [2, с. 330].
Точная дата написания пьесы неизвестна, но поскольку по стилю «Ричард III» принадлежит к ранним работам Шекспира и в сюжетном отношении тесно связана с трилогией о Генрихе VI (в «Ричарде III» есть отсылки на трилогию), то можно утверждать, что пьеса написана в 1592–1593 г. [3, с. 607].
Сюжет «Ричарда III» для шекспировского времени был очень актуален. В памяти народа еще жил образ злодея на троне, получившего заслуженное возмездие, поэтому кроме самого Шекспира многие драматурги писали свои произведения на тот же сюжет. Например, в 1594 г. была напечатана «Подлинная трагедия Ричарда Третьего … в том виде, как она была играна актера её королевского величества»; в 1579 г. кембриджские студенты играли латинскую драму ”Richardus Tertius”, сочиненную доктором Леджем (или Леггем); в 1602 г. труппа Генсло (или Хенсло) заказала Бен-Джонсу пьесу под заглавием «Ричард-горбун» (хотя неизвестно, была ли эта пьеса написана) [2, с. 331]. И несмотря на обилие пьес, баллад и поэм о Ричарде III известно, что источником Шекспира была хроника Холиншеда, изданная в 1577 г. Как известно, Холиншед пользовался различными источниками при написании хроники и нередко в разных местах этой хроники автор излагал по-разному один и тот же факт и зачастую сам себе противоречил. Неверными и противоречивыми показаниями особенно изобилует та часть хроники, где говорится о Ричарде III.
Изображение Ричарда III у Холиншеда распадается на две части: первая часть основывается на показаниях Гукера, Стоу, Фабьяна, Голла и других старинных хронистов, которые характеризуют короля как верного, храброго и бескорыстного воина Йоркского дома, а его участие в убийстве принца Эдварда Уэльского и короля Генриха VI не расцениваются хронистами как жестокие, вероломные преступления, что тем самым не делает Ричарда III злодеем в глазах хронистов. Также в первой части есть незначительные упоминания о физических недостатках короля — «одна нога немного короче другой и одно плечу повыше другого (причем известно, что в результате постоянных физических упражнения Ричард сделал эти дефекты очень мало заметными) [3, с. 607]. При написании второй части Холиншед опирался на труд «Утопия» Томаса Мора (1480–1535 гг.). Труд этот был написан через 20 лет после смерти Ричарда III и главным источником для Мора являлся кардинал Джон Мортон, епископ Илийский, который взял Мора еще ребенком в свой дом и воспитал его. Кардинал выступает в пьесе Шекспира под свои именем, и о нем говорят как об опаснейшем противнике Ричарда. Морам Ричард III был описан как физический урод и нравственное чудовище, ему были приписаны коварные замыслы овладеть престолом и многие преступления, о которых ранее не упоминалось [2, с. 332]. Шекспир из этих двух характеристик Ричарда выбрал вторую, поэтому в пьесе Ричард описывает себя следующим образом:
«Меня природа лживая согнула / И обделила красотой и ростом. / Уродлив, исковеркан и до срока / Я послан в мир живой; я недоделан, — / Такой убогий и хромой, что псы / Когда пред ними ковыляю, лают» [2, с. 434] (здесь и далее цит. по перев. Анны Радловой).
В дальнейшем, уже в более позднее время после жизни Шекспира, историки писали труды, в которых опровергали изображение Ричарда как чудовищного убийцу и узурпатора трона, но, на наш взгляд, не так важно насколько Шекспир отклонился от исторической истины, поскольку драматург переложил на бумагу именно тот образ Ричарда, который был в умах английского народа.
«Ричард III» — это одна из первых исторических пьес, в которой драматург сосредоточил все действия на одной центральной фигуре. По своему объему, «Ричард III» после «Гамлета» самая обширная из пьес Шекспира: в ней 3603 стиха, из которых 1128 стихов приходится на реплики Ричарда III [2, с. 334]. «Генрих VI», например, отличается совершенно эпическим характером, то есть в пьесе нельзя выделить главного действующего лица, поскольку на первом месте стоит не личность, а события, «величественная картина которых, — как пишет П. Морозов, — медленно развертывается в ряде сцен, лишенных внутренней органической связи, и представление можно начать и окончить какой угодно из этих сцен, не нарушая драматического единства» [2, с. 333]. В «Ричарде III» же все сцены связаны между собой, и сложно выбросить некоторые сцены, которые на первый взгляд кажутся маловажными, чтобы не нарушился драматический ход повествования. Кроме того, некоторые места пьесы «Ричард III» написаны лирически: например, плачь Елизаветы, жены короля Эдуарда IV, детей Кларенса и герцогини Йоркской, матери Ричарда, Эдуарда IV и Кларенса, где реплики действующих лиц идут следом друг за другом и повторяют идею друг друга, то есть выражение самого плача:
«Королева Елизавета: О милом муже, о моем Эдварде! Дети Кларенса: И об отце, о Кларенсе любимом! Герцогиня Йоркская: И об обоих сыновьях моих. Королева Елизавета: Опорой был моей Эдвард, — погиб он. Дети Кларенса: Опорой нашей Кларенс был, — погиб он. Герцогиня Йоркская: Опорой оба были мне, — погибли. Королева Елизавета: Была ли для вдовы ужасней смерть? Дети Кларенса: Была ли для детей ужасней смерть? Герцогиня Йоркская: Была ль для матери ужасней смерть? [3, с. 483].
Действия трагедии начинаются с реплики Ричарда Глостера, который в пьесе сначала выступает под именем Глостера, а когда приходит к власти — королем Ричардом:
«Здесь нынче солнце Йорка злую зиму / В ликующее лето превратило; / Нависшие над нашим домом тучи / Погребены в груди глубокой моря. <…> И грозноликий бой чело разгладил; / Уж он не скачет на конях в броне, / Гоня перед собой врагов трусливых, / А ловко прыгает в гостях у дамы / Под звуки нежно-сладострастной лютни. / Но я не создан для забав любовных» [3, с. 433].
В 1471 г. под Тьюксбери была подавлена последняя серьезная попытка Ланкастеров одержать победу над Йорками. Король Генрих VI и его сын Эдуард сразу после этого сражения были убиты, и больше никто не мог оспаривать право на трон короля Эдуарда IV [1, с. 701]. И данная реплика Глостера перекликается с последней фразой Эдуарда IV в третей части «Генриха VI»: «Что остается нам, как не предаться / Веселым зрелищам и торжествам, / Какие подобают при дворе? / Греми, труба! Прощайте, все невзгоды! / Счастливые нас ожидают года» [3, с. 430]. И произнесенное словосочетание «солнце Йорка» как раз и отсылает нас к восхождению на престол Эдуарда IV. В первой реплике Глостера мы видим, как Шекспир сжимает историческое время, то есть Эдуарда IV взошел на престол в 1471 г., а заговор Кларенса против брата был раскрыт в 16 января 1478 г., поскольку дальше в своем монологе Глостер признается, что именно он поссорил между собой Эдуарда и Георга (или Джорджа) Кларенса, что повлекло за собой гнев короля и пленение, а потом и умерщвление Кларенса. Хотя, согласно историческим хроникам, Ричард никаких интриг против своих братьев не совершал, и вообще многие злодейские черты, которые приписывают Ричарду, на самом деле были свойственны Кларенсу (хотя в пьесе он изображен доверчивым, невинным человеком). Исторический Георг Кларенс желал вступить в брак с двадцатилетней Марией, которая после смерти своего отца Карла Смелого унаследовала бургундский престол (а в те времена Бургундия считалась богатейшим европейским государством; Карл почти покорил Францию и сделал Бургундию независимым государством). И если бы Кларенс женился на Марии, то получил бы достаточно средств для свержения своего брата с английского трона. Эдуарда IV, конечно же, не мог этого допустить и согласие на свадьбу не дал. Не вдаваясь более в детали, скажем, что именно это стало причиной ссоры братьев. Чтобы не описывать все эти исторические интриги, о которых, Шекспир все-таки знал, драматург мотивировал заключение Кларенса в Тауэр пророчеством, согласно которому Эдуарда IV убьет буква Г. И, как мы знаем, подобная мотивировка во времена Шекспира была вполне естественна и оправдана, поскольку англичане верили в предсказания, сны, пророчества и астрологию. Кстати, в течение повествования мы ни раз столкнемся с пророческими снами персонажей пьесы, и, на мой взгляд, интересно замечание одного из убийц:
«Я не боюсь убить его, потому что у меня на то есть приказ. Я боюсь быть за убийство проклятым. А от этого никакой приказ меня не спасет» [3, с. 467].
Впервые Ричард Глостер появляется во второй части «Генриха VI» и если прочесть вторую и третью часть, мы увидим, как из смелого, храброго и преданного своему брату, каким изображен в трилогии, Ричард превратится в лицемерного злодея, желающего во чтобы то ни стало завладеть троном. Хотя мысли о троне у него возникают уже в трилогии, и там же он совершает свое первое убийство, а если точнее он наносит второй удар принцу, которого все же убивает Эдуард IV. И в пьесе «Ричард III» перед нами предстает Ричард как уже сложившаяся личность с четким планом захвата престола, готового играть, плести интриги, убирать ненужных ему людей ради достижения своей цели. И как раз в диалоге с братом Георгом Ричард показывают превосходство своего таланта играть разные роли, не выдавая свою причастность к происходящему или свои истинные намерения. Кларенса ведут в Тауэр, и когда Ричард спрашивает в чем причина, брат говорит: «Зовут меня — Георг» На что Ричард отвечает:
«Увы, милорд, вы в этом невиновны; / В тюрьму бы надо крестных ваших бросить. / Или его величеству угодно, / Чтоб в Тауэре вас заново крестили?» [3, с. 434].
И сначала я подумала, что вся эта реплика служит неким подбадриванием брата, что не так все и плохо, а главное, все образуется, ведь диалог Ричард заканчивает словами: «Все сделаю, чтоб вас освободить. / Опала брата для меня больнее / И горестнее, чем думаете вы!» [3, с. 436–437]. Но в примечаниях А. Смирнова говорится, что вопрос «Чтоб в Тауэре вас заново крестили?» — это зловещий намек Ричарда на дальнейшие действия, поскольку Кларенс будет убит в 4 сцене 1 действия, и убийцы спрячут его тело в бочку с вином, которая символизирует наполненную водой для младенцев купель [3, с. 613]. Кстати, свою любовь к брату Ричард «красиво» выражает в следующей фразе: «… Так тебя люблю я, / Что скоро дух твой я пошлю на небо, / Коль небо примет дар из наших рук» [3, с. 437].
Также в пьесе очень тонко и изящно прописана линия вражды Ричарда по отношению к Елизавете и ее родне. Опять-таки в диалоге между Глостером и Кларенсом, Ричард обвиняет, и главное не скрывает это, именно Елизавету: «Вот какова власть женщин над мужьями! / Вас посылает в Тауэр не король, / А леди Грей, жена его; она / До этих крайностей его доводит» [3, с. 435]. И, называя Елизавету ее девичьей фамилией, Ричард тем самым заявляет, что у нее нет права носить королевскую фамилию, а значит её дети рождены вне брака и право на престол не имеют. Чем, кстати, позже Ричард и воспользуется.
Кроме того, я хотела бы коснуться еще одного эпизода в пьесе: до коронования Ричарда III мы читаем следующее наставление Бекингема:
«Он [лорд-мэр] скоро будет. Страх изобразите, / Не сразу же соглашайтесь слушать их; / Молитвенник в руках держите; стойте / Меж двух священников, мой добрый лорд. / Об этом я им проповедь скажу. / На просьбы не склоняйтесь: точно дева / Твердите «нет», а все же принимайте» [3, с. 518].
Этот монолог, на мой взгляд, напоминает прием пьеса-в-пьесе, который мы видели в «Гамлете», то есть все то, что проговорил Бекингем дальше разыгрывается между ним и Ричардом, а лорд-мэр и горожане становятся, хоть и не осознанно, просто зрителями подобного спектакля. Бекингем, как режиссер этого спектакля, дает наставления Ричарду как себя вести («страх изобразите»), что говорить («не сразу же соглашайтесь слушать их»), с чем в руках стоять («молитвенник в руках держите»), как стоять («стойте меж двух священников») и где стоять («На галлерею! Там лорд-мэр стучится» [там же]).
Пьеса «Ричард III» заканчивается поединком Ричмонда и Ричарда и, как замечает, Айзек Азимов, «у Шекспира исход битвы всегда решается гомеровским поединком» [1, с. 759]. Ричмонд «убивает короля Ричарда» (ремарка Шекспира) [3, с. 577] и провозглашает: «Победа наша; сдох кровавый пес» [там же], а затем «соединим / Мы с Белой розой Алую навек <…> Спокойствие настало. Злоба, сгинь! / Да будет мир! Господь изрек: аминь!» [3, с. 578–579]. В действительности битва закончилась тем, что «Ричард намеренно бросился в самую гущу врагов с криком: «Измена! Измена!» он зарубил несколько человек, прежде чем его стащили с коня и убили. Сразу вслед за этим Ричмонд принял корону и стал королем Англии Генрихом VII. Ричард III был последним представителем правившей Англии династии Плантагенетов, последним из королей, который вел свою родословную в течение нескольких поколений исключительно по мужской линии от Генриха II Английского» [1, с. 759].
Список использованной литература:
1. Азимов А. Путеводитель по Шекспиру: английские пьесы. М.: Центрополиграф, 2007. — 811 с.
2. Библиотека великих писателей: У. Шекспир. Под ред. С. А. Венгерова. Спб.: Издание «Брокгауз-Ефрона», 1902. — Т. 1. — 573 с.
3. Шекспир У. Соб. сочинений в 8 т. М.: Искусство, 1957. — Т. 1. — 614 с.