Кино(в двух частях)

Часть 1

- Мамуль, - говорю спокойным, натренированным работой со сложными клиентами голосом. – Завязывай ты уже с новостями, ну правда. Только нервы себе щекочешь. Лучше книжку почитай. Мне не нравится, что ты сама себя пугаешь. Всё со мной нормально будет, я не шастаю по непонятным местам, я всегда на людях. Выдохни, выпей чайку с вкусненьким и отдыхай. Я завтра позвоню.

- Маша…

- Мне пора, мам. Всё будет хорошо. Не смотри новостей.

***

Уж не знаю почему – то ли из-за того, что отвыкла ездить, то ли из-за неумелого водителя, то ли из-за маминого рассказа, который исподволь встревожил меня, - но в автобусе мне стало плохо. Укачало так, что я едва не потеряла сознание. Обливаясь холодным потом и хватаясь за поручни, я рванула к выходу, расталкивая людей и надеясь на то, что моих сил хватит и я не грохнусь прямо там. Вслед мне неслись неодобрительные реплики вроде «такая молодая, а уже нализалась с утра». «Вам бы так нализаться», - думала я, вываливаясь на остановке и припуская к ближайшей лавочке.

Кажется, сознание я на миг всё-таки потеряла, но тело продолжало бежать по инерции, иначе как объяснить то, что я пришла в себя на скамейке возле памятника Богдану Хмельницкому, совершенно не помня, как там оказалась? Борясь с приступами тошноты, я не сразу обратила внимание на то, что людей вокруг практически нет. Ну то есть совсем. В это время дня на этой улице туда-сюда снуют студенты, поскольку рядом студгородок, ездят машины, люди постарше торопятся на работу – совсем недалеко находится городская и областная администрация, банки, магазины… Даже с учётом завершающегося карантина людей должно быть больше. Где все, ау?

От удивления у меня даже тошнота прошла. Я покрутила головой туда-сюда, но никого не обнаружила и на всякий случай ущипнула себя за кисть – не сплю ли? Было больно. Вероятнее всего, я всё-таки не спала. Но куда подевались люди?

В тщательном изучении реальности вокруг себя я вдруг обнаружила, что памятник, в сквере возле которого я сидела, выглядит старым и потрёпанным жизнью, каким он быть не должен. Более того, сам сквер выглядит запущенным и неухоженным, тротуарная плитка выщерблена и местами просто отсутствует, скамейки облезлые и местами без нескольких частей сиденья.

А кафе, где, как я помнила, любили перекусывать студенты, неожиданно обзавелось вторым этажом, которого на моей памяти не было, и тоже не выглядит собой – вывески частично сняты, частично оборваны и висят клочьями; двери и окна закрыты рольставнями, «украшенными» разноцветными граффити, в том числе непристойного содержания.

И это, на секундочку, почти в центре города, в двух шагах от места работы первых лиц области, а выглядит так, будто я попала на какую-то окраину трущобного типа, только и ждать остаётся, чтобы подкатили представители местной «элиты» с вопросом насчёт закурить или дать телефончиком попользоваться…

Встав со скамьи, я вернулась к автобусной остановке, на которой вышла несколько минут назад. Проезжая часть была такой же запущенной, с потрёпанным жизнью асфальтом, и пустой – совершенно. Даже случайная машина не проехала, даже бабка с тележкой, презирающая подземные переходы, не шла наперерез расчерченной на полосы дороге.

Ни-ко-го.

Что, ради всего святого, тут происходит? Что случилось со знакомым мне пейзажем и жителями города?

Наверное, это недоумение, плавно переходящее в шок, и заставило меня подобраться и среагировать быстрее, чем обычно, когда мимо моего уха что-то просвистело. Я отпрянула и пригнулась, одновременно оборачиваясь. Метрах в десяти от меня стояли двое мужчин непримечательной внешности, одетые в удобные куртки и штаны со множеством карманов, которые топорщились, намекая, что в них спрятано много всякой всячины.

Один из них держал в руках ружьё. Да, чёрт побери, именно ружьё! То самое, из которого он сделал ещё один выстрел по мне, но снова не попал, так как я, ведомая инстинктом самосохранения, не иначе, дёрнулась в сторону, одновременно прикидывая в уме, куда бы тут можно было спрятаться. Уже показывая изумивший меня саму челночный бег, я подумала вдруг, что стреляет он не пулями, а чем-то другим, смутно напомнившим мне то ли капсулы, то ли ампулы.

Ампулы?? Стоп. Какие ещё ампулы? И взбаламученный мозг выдал новую картинку: чем-то подобным стреляют по диким зверям, когда хотят усыпить их для перевозки. Меня хотят усыпить? Зачем???

Продолжение..