“Все говорят: нет правды на земле. / Но правды нет — и выше. Для меня / Так это ясно, как простая гамма” Сальери
В собрании сочинений 1948 г. приведены черновые варианты текстов А.С. Пушкина. Если мы посмотрим на черновой вариант «Моцарта и Сальери», то увидим там только первоначальное название «маленькой трагедии»: Зависть.
Почему автор не остановился на данном варианте? Можем ли мы утверждать, что первоначальный замысел А.С. Пушкина написать трагедию о зависти перерос в нечто большее?
В произведении Сальери представлен как посредственный музыкант, который «ремесло поставил подножием искусству», «перстам придал послушную, сухую беглость и верность уху», «звуки умертвив, музыку разъял, как труп». Он не снискал известность отчасти потому, что сжигал свои труды и холодно смотрел как, пылая, мысли и звуки, рожденные им, медленно превращались в пепел. И только благодаря встрече с великим композитором Кристофом Виллибальдом фон Глюком Сальери восклицает:
«Я наконец в искусстве безграничном / Достигнул степени высокой. Слава / Мне улыбнулась; я в сердцах людей / Нашел созвучия своим созданьям» (цитата из его первого монолога). И дальше он продолжает: «Я счастлив был: я наслаждался мирно / Своим трудом, успехом, славой; также / Трудами и успехами друзей, / Товарищей моих в искусстве дивном. / Нет, никогда я зависти не знал / О, никогда!»
Уже на первых страницах главный герой сообщает, что не испытывал он зависти, он наслаждался своими трудами и трудами своих товарищей по ремеслу. Однако через пару строк Сальери сам себя называет завистником: «А ныне — сам скажу — я ныне / Завистник. Я завидую, глубоко, / Мучительно завидую. — О небо!» И кому же он завидует? Гуляке праздному, безумцу, который не воспринимает свой талант как нечто ценное, ведь Моцарту дар послан свыше, «не в награду / Любви горящей, самоотверженья, / Трудов, усердия, молений», как говорит Сальери. По его мнению, Моцарт не заслужил свой дар, он не приложил тех усилий, которые совершил Сальери. И именно в этом заключается зависть Сальери. Однако, на мой взгляд, это не столько зависть, сколько недоумение («О небо/ Где ж правота <…>».) Сальери чувствует несправедливость по отношению к себе, он не понимает, за что Господь одарил Моцарта таким талантом. Сальери пытается затребовать объяснений у Бога, не понимая, что тот выше добра и зла, выше понятия справедливость — Бог трансцедентен, он создатель этого мира, а следовательно он выше всего, что есть в созданном им творении. Поэтому решение Сальери принимает не из зависти к своему другу, а именно из-за несправедливости перед всеми «жрецами, служителями музыки», как и он сам. Решение отравить Моцарта — это попытка исправить несправедливость, допущенную Богом, а значит это бунт против самого Творца.
Кроме того, Сальери прекрасно понимает, что гений Моцарта в разы превышает музыкальный дар и Гайдна, и Глюка. И он просто не может позволить, чтобы Моцарт поднял музыкальное искусство на такую высоту, что уже больше никто из представителей последующих поколений не сможет создать нечто еще более невероятное, чем то, что уже создал или еще создаст Моцарт.
Итак, Сальери подсыпает яд не из-за зависти, а из-за возмущения перед лицом божественной несправедливость, ведь Сальери как никто другой оценил музыкальный дар Моцарта.
Статья написана по материалам лекции Ноговицына О.М., к. филос. н., доцент, преподаватель СПбГУ.
Пушкин А. С. Полное собрание сочинений. Драматические произведения. М.: Академия Наук СССР. — 1948. — Т. 7. — С. 121–134.