- Ты – зарвавшаяся эгоистка, редкостная тварь, - слышала я в трубке свой приговор, - она для тебя ничего не жалела, в люди тебя вывела, а ты?! Пусть это будет на твоей совести, Вероника!
Игнат отбился. А я впала в прострацию. Ничего не понимаю. Но если он звонит с маминого номера, значит, дело и впрямь труба. Иначе бы мама набрала меня сама. Сам-то Игнат у меня давно в черном списке, и прекрасно об этом осведомлен. Значит, телефон мамы в его руках, а это могло произойти только в одном случае… Мне нужно всё немедленно перепроверить!
Я, нервничая, набрала номер брата. Ну же, Гришка, давай, отзывайся! Ага, есть сигнал!
- Гриша, привет! Подскажи, а мама действительно в больнице?
- Ну да, - удивленно отозвался мой братец.
- Слушай, а я могу с ней сейчас как-нибудь поговорить?
- А как ты это сделаешь? – в голосе Гриши сквозило сожаление. - Она ж без сознания.
- А какой диагноз? Какие прогнозы? Что врачи говорят? – я пыталась выбить из Гришки невозможное.
- Да не знаю я, - честно поведал брат. – Меня туда и не взяли даже. Сказали – надо ждать. Вот и все!
- Поняла тебя! Я еду к вам!
У меня на телефоне громкий динамик, так что Никита всё прекрасно слышал даже без громкой связи. Присел ко мне, обнял, и мы начали поиск билетов. Гадство! Я же и забыла, что самолет – это из Витязево, а из Ейска мне светит только поезд. Впрочем, через десять минут выяснилось, что поезд тоже не вариант. Причем, тотально. На прямые рейсы всё, включая плацкарты, было раскуплено, и ближайшее окно было только завтра утром с прибытием в столицу через сутки с небольшим.
- Я тебя не брошу! – твердо сказал Никита.
- Отлично! А о Злате ты подумал? Если я уеду, ты уедешь – кто привезет к нам девочку? Грузиться в поезд и ехать там с такой большой собакой – это отдельное приключение. И я даже не представляю себе, насколько огромное. А если она не дотерпит до остановки, и нас за это с ней высадят?
- Подожди суетиться. Есть еще вариант, как отсюда выбраться всем вместе, и уж точно раньше поезда.
Не знаю, куда и кому звонил Никита, но меня просто трясло. Мама. Мой самый близкий и родной человек. Да, она не всегда была на моей стороне. Да, регулярно косячила так, что у меня волосы дыбом вставали. Но все-таки она меня искренне любила. И подарила мне жизнь. Поэтому я должна была как можно скорее приехать к ней и постараться по максимуму ей помочь. Деньгами, лекарствами, личной поддержкой – неважно. Просто быть рядом в такую трудную для нее минуту.
Но что могло с ней приключиться? Все же моя матушка к хлюпикам и задохликам не относилась. А значит, раз дело дошло до реанимации и комы, ответ один. Инфаркт и все, что к нему относится. Другого варианта я просто не вижу. Чтоб вполне здоровый человек вдруг в одночасье очутился в больнице – для этого нужен либо аппендицит, либо проблемы с сердцем. Аппендицит – операция достаточно щадящая, а значит, речи бы о реанимации не шло, если только там не перитонит и прочая дрянь. Остается инфаркт. Хотя стоп! Ещё и инсульт мог нагрянуть. Ну почему еще до сих пор не изобрели телепортацию?! Чтоб раз – и я уже была возле мамы и могла реально ей чем-то помочь?!
- Сделано! – Никита стремительно вошел в гостиную. – У нас с тобой примерно шесть часов, чтобы всё здесь решить. Надо созвониться с бабой Нюрой, оставить ей деньги за проживание и ключи. Собрать наши вещи. Приготовить еду в дорогу. По возможности успеть поспать хотя бы пару часов.
- Подожди! – дошло до меня, как до жирафа, - ты что, вызвал сюда Андрея с Белкой?!
Если я не улыбаюсь. Часть 104