- Как вы попали в закрытый госпиталь, где лечат коронавирусных больных?
- Мне 20 лет, и я студент медицинского техникума. Должность мне предложили, потому что учусь на фельдшера. Я согласился, так как на карантине сложно найти место, где можно заработать.
- Кто предложил вам эту должность?
- Соц. педагог, который работает в моем госпитале. Из-за того, что людей катастрофически не хватало, меня задним числом записали на дополнительное образование, которое нужно, чтобы работать с коронавирусными больными. Набор в группу был в начале мая, а я пришел 27 числа и сразу получил специальные корочки. На следующий день уже поехал в госпиталь.
- Чему обучали на доп.образовании?
- Если честно, я сам не знаю. Наверное, чему-то полезному. Все проходило дистанционно, были тесты, но на них мы ответы искали прямо в лекциях, которые нам скидывали. Я просто быстро все прорешивал и сдавал.
- Вы живете в госпитале? Какие условия?
- Да, в госпитале. У нас трехразовое питание, но его мало, так что нам не хватает. Тем более, ужин дают в 16 часов, и что есть дальше - непонятно. Живем либо в бывших палатах, либо в кабинетах. Палаты можно сравнить с казармами – только кровати и маленькие тумбочки, больше ничего нет.
Мне повезло, я был в кабинете ЭКГ со шкафом и холодильником.
- Сколько длится ваша дежурная смена?
- Работаем мы сутки через сутки. За день 3 раза на 4 часа заходим в грязную зону. Перерывы тоже длятся по 4 часа, но обычно много времени уходит только на то, чтобы помыться и переодеться в шлюзе.
- Что входит в ваши обязанности?
- В обязанности санитара входит не так много. В основном это уборка в отделении и уход за больными. Кому-то нужно просто раздать еду и выдать постельное белье, а кого-то надо привязывать к кровати и менять подгузники.
Проблема в том, что пациентов много, поэтому приходится помогать и медсестрам. Например, ставить уколы. В свою смену я единственный парень на все 5 отделений в больнице, поэтому, если нужно перенести что-то тяжелое, срочно увезти пациента в реанимацию или упаковать труп, то все ко мне обращаются.
Также очень много работы с больными, которые лежат на кислороде.
Нужно настраивать шланги, трубы и аппараты. Другие этого не делают, потому что это не входит в их обязанности, но кислородчики в госпиталь точно подниматься не будут, потому что боятся. Поэтому, чтобы больные не задыхались, я им помогаю.
- Почему приходится привязывать пациентов к кровати?
- В городе была вспышка коронавируса в психиатрической лечебнице и в наркологии. Некоторых пациентов оттуда нужно было привязывать, потому что по-другому с ними справиться было невозможно.
- Что вы чувствовали, когда упаковывали труп?
- Ничего не чувствовал. Я не считаю эту процедуру чем-то особенным. Проблема только в том, что мешок может порваться. Некоторые пациенты весят больше 100 килограммов, и с такими очень неудобно, учитывая, что тело, когда расслабляется, становится еще тяжелее.
- Есть ли доплаты за опасную работу?
- Да, доплат очень много - и президентские, и федеральные, и региональные. Сама стационарная зарплата тоже не самая низкая, но это в основном из-за графика, потому что сейчас мы работаем на две ставки.
За месяц работы санитаром получается около 200 тысяч.
Такая сумма выходит из-за того, что заезжаем мы в госпиталь в середине месяца и выплаты получаем за два месяца - за тот, в котором заехали, и за тот, в котором выехали.
- Должны ли санитары всегда передвигаться по больнице в специальной форме?
- По грязной зоне все всегда перемещаются в СИЗе (средство индивидуальной защиты) - полностью герметичный комбинезон, респиратор, маска, перчатки и бахилы. Не все, правда, соблюдают. Одну лаборантку, например, уволили за то, что пришла она с грязной зоны без очков.
- В чем разница чистой и грязной зоны? В какой работать опаснее?
- Совсем чистой зоны нет. Она чистая только условно. В ней мы живем и работаем с документами. Грязная же зона - это сами отделения с больными, куда мы заходим только в защитных костюмах. Между ними шлюз, в котором мы надеваем и снимаем защиту.
- Как вы привыкаете к работе в респираторе, очках и защитных костюмах?
- Вряд ли к этому можно привыкнуть. Только начинаешь приспосабливаться, и обязательно что-нибудь идет не так. Либо очки полностью запотевают, либо возникают проблемы с респиратором. Мне, например, один раз респиратор попался бракованный. Из-за этого я почти час задыхался и не мог выйти в шлюз.
У пациента случился инфаркт, а я, пока ему помогал, думал, что сам там останусь.
- Как часто санитарам закрытого госпиталя нужно сдавать тест на коронавирус?
- Когда мы только заезжали, нам говорили, что будут проверять у всех каждую неделю. Сейчас начальство постоянно говорит, что средства на это не выделяют.
- Какое лечение чаще всего назначается пациентам?
- В основном ставятся капельницы с антибиотиками - фраксипарин по утрам и вечерам. Помимо этого, дают таблетки от простуды по типу АЦЦ.
- Какой процент поступивших к вам пациентов умирает?
- У нас всегда на весь госпиталь чуть больше 100 пациентов. В самый тяжелый период было по 140-150 больных. В палатах, предназначенных для 4 человек, лежало по 6.
Что касается смертей, то каждый день реанимация выдает нам по одному черному мешку.
Иногда нам кажется, что у них есть какой-то специальный план, потому что когда у них за день не было ни одной смерти, то на следующий день мы получали два черных мешка. Бывало такое, что и 4 человека за день умирало. В других же отделениях умирают редко - в основном все успевают перевезти человека в реанимацию.
- У всех больных выявляют двустороннюю пневмонию?
- Не у всех. У некоторых пациентов вообще нет особых симптомов. Но у остальных легкие в ужасном состоянии. Примерно 75% всех больных лежат на аппаратах Боброва (кислород поступает в нос, либо через маску). В реанимации все подключены к ИВЛ.
- Как долго развивается поражение легких?
- У всех по-разному. Это зависит от иммунитета, возраста, возможно, даже пола. Кто-то поступает и уже через неделю выписывается, а кто-то целый месяц лежит и даже при выписке не может сказать, что ему стало легче, – коронавирус перенес, а осложнения на легких остались.
- В каких условиях содержатся пациенты? Разрешено ли им общаться между собой?
- В таких же условиях, как и в самом обычном стационаре. Никакие палаты и боксы не запираем, пациенты спокойно гуляют по коридору, общаются.
- Могут ли родственники передавать заболевшим «посылки»?
- Да, могут. Нам эти посылки поднимают на специальном лифте.
- За время работы с коронавирусными больными проводилось ли в госпитале какое-то дополнительное обучение?
- Нет, всему приходилось учиться на месте.
- Поможет ли работа в госпитале с учебой в дальнейшем?
- Работа в госпитале скорее ухудшает учебу. Учителя относятся с пониманием, а директор внезапно стала против того, чтобы студенты работали в госпитале, но она мало что решает.
- Есть ли в больнице студенты-медики? Как они справляются?
- Лично я нормально справляюсь. Хотя есть и те, кому тяжело. Особенно трудно медсестрам, которые только закончили медицинский, - колоть вены еще совсем не умеют, но хотят заработать, поэтому едут сюда.
Они и так в половину вен не попадают, а в защитном костюме и очках тем более.
Бывают ситуации, когда я со своей медсестрой прихожу принимать смену, а пациенты говорят, что им капельницы вообще не ставили.
- Были ли среди сотрудников заразившиеся или госпитализированные?
- Не было такого, чтобы у кого-то среди работающих в госпитале выявляли коронавирус. Но у нас не берут анализы, поэтому точно знать мы ничего не можем. А вот со скорой помощи и с других больниц у нас много людей лежит по отделениям.
- Не боитесь заразиться?
- Я точно не боюсь. Соблюдаю все меры защиты и надеюсь на свой крепкий иммунитет.
- Верите ли вы в официальную статистику по коронавирусу?
- Не верю. На примере могу объяснить, почему. Я живу и работаю в городе с населением 100 тысяч. В день, когда у нас в больнице погибло 5 человек, в общедоступной статистике было что-то около 140-150 по всей России. Выводы напрашиваются сами, я думаю.
- Как вы думаете, почему скрывают реальные цифры?
- Не хотят говорить, как все плохо на самом деле. Хотя, если и занижают, то не думаю, что сильно. Изнутри ситуация тоже выглядит не так уж плохо. Возможно, скрывают реальные цифры, чтобы люди понимали, что медицина у нас хорошая.
Мне кажется, тут и без сокрытия реальной статистики можно смело сказать, что Россия справляется с пандемией лучше, чем та же Америка и многие европейские страны, на которые любят смотреть либералы.
- Как вы сделали вывод, что Россия справляется лучше?
- Если изучить данные, как официальные, так и неофициальные, то можно прийти к такому выводу. Тем более, корону все равно нигде лечить пока не умеют, поэтому просто поддерживают стабильное состояние пациентов и, что самое главное, - изолируют их до выздоровления. А тут уже можно взять любую статистику и понять, что какая бы медицина в России ни была, но мест в больницах у нас намного больше в процентах на наше население, если сравнить с другими странами.
- Будет ли вторая волна? Какие прогнозы у медиков в госпитале?
- Сложно что-то предсказывать. Вот, например, почти месяц назад у нас было не так много пациентов, даже койки некоторые пустовали. За следующие недели две в нашем городе были вспышки коронавируса, и после этого заполнились все отделения. Пришлось даже привозить дополнительные кровати в госпиталь. Сейчас, наоборот, стало дышать намного свободнее. Большинство пациентов уже выписали.
Стоит понимать, что большой наплыв зараженных появляется не из-за шашлыков и дач, как многие считают, а из-за несоблюдения безопасности в больницах. Не в таких госпиталях, как наш, а именно в обычных больницах. Где-то 60% из всех лежащих у нас пациентов - это либо медицинский персонал, либо пациенты, которых привезли к нам после очередной вспышки в больнице.
- Как родные относятся к тому, что вы в любой момент можете заразиться коронавирусом?
- Я из всех родных общаюсь только с родителями, но и с ними не живу с 17 лет. Мать у меня, например, вообще не верит в коронавирус. В целом с пониманием относятся, зная, сколько за это платят.
- Что в вашей работе вас пугает больше всего?
- Я вообще по своей натуре человек довольно холодный буквально ко всему. Но на прошлой неделе в соседнем отделении на 4 этаже один пациент, дедушка 72 лет, выпрыгнул в окно. По сути, это никак не связано ни с моей работой, ни с коронавирусом, но именно от этого стало как-то не по себе. Начал думать, что должно было произойти в жизни, чтобы в 72 года выйти в окн