Продолжаю литературный эксперимент "По следам Чака Паланика"
В четвертом и пятом эссе (ссылки в конце текста) Паланик делится соображениями, как спрятать местоимение «я» в истории, рассказанной от первого лица.
Суть в том, что рассказы от первого лица более авторитетны. Но в рассказе от первого лица, постоянно используется местоимение «я». Это раздражает читателя, потому что автор напоминает эгоцентриста, вокруг которого вращается остальной мир. В этой связи Паланик советует избавляться от этого местоимения в историях, рассказанных от первого лица.
Ориентируясь на этот совет, написал следующий рассказ:
Апофения
Реальность формируется историями. Забавен тот факт, что складывая истории, мы увязываем случайные события в нечто иллюзорно последовательное и называем это действительностью. Примерно как два окна и дверь между ними, соединенные воображением, напоминают лицо. Лица в предметах так же иллюзорны, как сформированная историями реальность.
Оглядываясь назад сложно представить, что примитивный рисунок в пещере и ультратонкий беспроводной телевизор выполняют одну и ту же функцию - рассказывают истории.
Хотите еще одну? Устраивайтесь поудобнее!
Нашим первым телевизором был черно-белый «Рекорд» 312. Стоило его включить, слышался запах гари. Это горела пыль на нагревающихся лампах. Задняя крышка куда то делась и еще до того, как оживал экран, можно было увидеть, как пощелкивая, наливаются красно-желтым электрическим огнем стеклянные лампы.
Катушка селектора каналов поворачивалась так туго, что пластмассовая ручка переключателя потрескалась и вскоре рассыпалась. Поэтому рядом всегда лежали плоскогубцы. Благо, каналов с кино и мультиками было всего два.
У моего друга из соседнего доме телевизор был на кнопочном управлении. Цветной. А еще, у него была горячая вода.
В многоквартирных домах стояли газовые колонки, но уже года три, как в посёлок перестали подавать газ. Зимой жители грели воду кипятильниками, или сооружали нагреватели из оцинкованных выварок на 32 литра. Отец моего друга врезал кран в змеевик отопления ванной комнаты. Вода была мутной и пахла мазутом, но можно было набрать целую ванну!
Дома мама грела воду в ведре на электрической плитке. Спираль, уложенная кольцами в каменной подставке пощелкивала и горела красно-желтым огнём, прямо как лампы в телевизоре…
В ту зиму мама нашла работу в городе. Ещё раньше, отец нашел другое место жительства. Поэтому полноправным хозяином квартиры выпало стал восьмилетнему пацану. Мне! Тётя Нина, мама моего друга по-соседски присматривала. Ингода я ночевал у друга, иногда он приходил в мои владения, иногда единственным источником человеческой речи был телевизор. Или пьяный ор соседа сверху.
Самым страшным, когда ночевать приходилось одному, было выключить телевизор и добраться до кровати. В темноте.
Старенький «Рекорд» можно было выключить двумя способами: вытащить шнур из розетки, либо выкрутить до щелчка ручку громкости. В любом случае, после этого предстояло преодолеть четыре метра абсолютного мрака, чтобы добраться до спасительной кровати.
«Не бойся темноты, бойся того, что она скрывает» - говорят умные люди.
Что там скрывалось в моей темноте - за криками и топотом пьяного соседа, за скрипом пола или внезапным запуском мотора в холодильнике на кухне, за шуршанием веток по оконному стеклу - сказать было сложно. Но пройти от телевизора до кровати было невыносимо, а прыгнуть в кровать и накрывшись одеялом с головой оказаться в такой же темноте, почему то казалось спасением.
И конечно, что тебя пугало изначально, становится несущественным, когда разворачивается другой кошмар.
Под кроватью был спрятан провод. Метров пятнадцать. Мы с другом где-то услышали, что можно глушить рыбу электричеством и решили во что бы то ни стало попробовать, как только придет лето. Нужно сунуть провод в водоем, ток пройдет через тело рыбы и она «уснет». Останется только собрать всплывших белым пузом кверху рыбин.
Но до лета было еще далеко, а совершать броски от телевизора к кровати надоело. Вот тут и пригодился спрятанный до времени провод. Нужно только приделать кнопку выключателя, вилку и розетку из кучи деталей в ящике стола. В общем Пульт Дистанционного Выключения телевизора выглядел следующим образом: от розетки в стене провод тянулся к кровати, оборачивался несколько раз вокруг железной стойки , так что приделанный выключатель был всегда под рукой. Оставшаяся часть провода, снабженная розеткой была подведена к телевизору. Шикарно! Можно выключать не вылезая из кровати.
В тот день, друг остался ночевать у меня. Кровать вместе с выключателем я предоставил ему, а сам устроился на диване.
Меня разбудил назойливый, непонятный плеск. Телевизор работал, выдавая полосы и легкий шорох. Видимо мы оба уснули до того, как кончился фильм. Я хотел было встать - с дивана не дотянуться до выключателя, но…
Вокруб была вода! Сантиметра два от пола, по всей комнате. С потолка падали капли, по стене бежали тонкие струйки. Я окрикнул друга. Он проснулся. Железная спинка кровати с намотанным проводом практически упиралась в стену, по которой стекали струи воды. Взгляд невольно скользнул по проводам. Розетка импровизированного удлинителя находилась в воде, но телевизор работал. Видимо замыкания не произошло.
Вода. Источник жизни. Отличный проводник электрического тока.
По одеялу на кровати у самой стены стало расползаться темное пятно - вода подбиралась к моему другу. Большие капли набухали на железной спинке, стекали на провод. А экран телевизора все показывал полосы. Красно-желтый огонь ламп отражался в воде. Розетка наполовину утонула в воде, но замыкания не происходило. Оставалось только ждать, сидя на сухом островке постельного белья. Только вот островок этот постепенно сжимался.
Потом выяснилось, что сосед-алкаш сверху, врезал кран на змеевик в ванной комнате. Прямо как отец моего друга. Как многие в поселке. Только сделал он это из рук вон плохо. И когда в котельной заметили понижение давления и довели значение до нормы, кран сорвало.
Даже после того, как розетка коротнула и телевизор погас мы продолжали сидеть на своих островках. Не хотелось, чтобы в воде нашли двух пацанов, плавающих белым пузом кверху.
Летом мы не пошли глушить рыбу.
Вот так не связанные точки событий воображение складывает в гримасу судьбы. Говорят, это называется апофения.
С тех пор у меня нет страха темноты. Но иногда, когда я иду принять душ в незнакомом месте, я проверяю - заземлена ли чаша ванны. Старые чугунные ванны всегда заземлены. А вот новые акриловые - нет. Акрил не проводит электричество. В отличие от воды.
Благодарю за внимание! ссылки на упомянутые эссе Чака Паланика здесь:
Пряча местоимение "я". Часть первая
Пряча местоимение "я". Часть вторая