Незаконный ребенок как постыдное явление.
У Людки в семье все были рыжими - мать, брат, сестра. Их так и звали -Рыжие, потому что в сёлах официальную фамилию часто заменяют прозвищами. Даже могут спросить : а он кто поулишному? И в ответ сообщали уличный псевдоним.
Одних почему-то зовут Ямщиковыми, других -Кошкиными, хотят те и другие по паспорту Поповы. Есть и личные прозвища, порой иронические. Мужика с уродливым наростом на щеке вдруг прозовут Красавчик. Или профессиональный - если приехал из Москвы какой учёный, то все его окликают не по имени, а профессором.
Рыжие считались семьёй со странностями. Младшая дочь Клава была, как сейчас говорят, особенной. День и ночь шаталась по селу, говорила глупости и приставала к парням. Но к ней давно привыкли, не смеялись, а только жалели. А сын пил и однажды изнасиловал мать, тоже не совсем нормальную. Та не перенесла позора, заявлять на сына постыдилась, но и жить с ним рядом не смогла - повесилась.
А Людка, старшая дочь, казалось обычной, вела себя скромно и красила волосы в чёрный цвет - наверно, чтобы отличается от родни. Была она миловидной, белокожей, синеглазой, стройной, как говориться, всё при ней. Судачили, что Рыжий братик к сёстрам приставал, может, поэтому Людка после выпускного уехала в Тамбов. Наверно мечтала поступить в училища. Но через несколько месяцов вернулась беременной.
-Едва за порог, сразу загуляла! -говорили в селе, где каждый готов перемыть косточки соседем. -Поучить девку некому.
-Что же ты аборт не сделала? -в глаза спрашивали нахальные бабки. - Кто такую замуж возьмет?
У некоторых дочки вовсю развлекались в сенниках с кавалерами, но матери следили, чтобы грех не вылез наружу.
Людка молчала. Как ей жилось в доме Рыжих, неизвестно. Но в срок она родила мальчика, черноволосого -наверное, в городского отца. Назвала Вовой, а сама получила от односельчан обидное прозвище Гулёна за то, что в подоле принесла.
Но, став матерью, Людка изменилась. Уверенно обрывала нравоучения односельчан и держалась так, словно всё сделала правильно. Устроилась дояркой на ферму. Весной и летом возилась в огороде у Рыжих.
Присутствие ребенка в доме изменило странную семью. Особенная сестра больше не бегала за парнями по улицам, а присматривала за племянником. Брат стал реже пить, и его трактор уже не простаивал неделями возле дома. А потом Людкины сестра и брат создали свои семьи. Особенная Клава расписалась с таким же мужчиной, тихим и работящим, а брат и вовсе отхватил приезжию красавицу, которая не знала о его прежних художествах.
Наступили девяностые. Незаконные дети перестали считаться постыдным явлением, Людку больше не попрекали сыном. Тем более что мальчик рос умным и, когда пошёл в школу, стал хорошо учиться. Людка расцветала, выслушивая от учителей похвалы сыну. Вовка был смыслом её жизни, моральной опорой, надеждой, что уж у него-то всё сложиться правильно "как у людей ". После окончания школы мальчик поступил в вуз. Но больше он дома не жил, и постепенно в семье Рыжих снова наступил распад и разлад. Сначала у особенной Клавы при пожаре погиб муж, и она вернулась домой непривычно серьёзная, в трауре. Потом жена Рыжего брата сбежала в райцентр к другому мужчине. А Людка без сына расслабилась, забросила труд и начала встречаться с местными пьяницами. Правда, всё ещё оставалась миловидной.
Теперь Вовка, приезжая домой, видел нищету и грязь. Он вырос красивым высоким брюнетом, но местные девушки сторонились парня из неблагополучной семьи.
Иногда я видела Вовку на автобусной остановке. Он стоял в стороне от других, общался мало, если слышал о матери, что та пьёт, обрывал разговор и смотрел зло. Все знали, что Вовка по- прежнему уважает и любит Людку -Гулёну.
-Хороший сын, а мать непутёвая, -скачали головами односельчане.
Но однажды пошли слухи, что Вовка привозит из города наркотики и продаёт их местной молодёжи, а деньги отдаёт матери. Теперь Людка ходила нарядная, сытая и пьяная. Ни одного упрека от сына не слышала. Вовка говорил родным, что в городе устроился на работу с хорошей зарплатой.
Сказано в Библии :"Чти отца своего и матерь свою". И Вовка чтил, как умел: продавал смерть своим ровесникам, а выручку нёс Людке. Он-то наркоманов не был, и это сильно задевало местных сельчан ; других травит, а сам не колется, не пьёт и даже не курит.
Однажды ночью в дом Рыжих нагрянула полиция, обнаружили наркотики и вывели Вовку в наручниках -он как раз приехал на каникулы. Что произошло, Людка поняла только на утро, когда протрезвела. Потом был суд в райцентре,и Вовку отправили куда -то отбывать срок.
-Из-за меня всё случилось, я сына погубила. А могла ведь остановить, - убивалась Людка, но никто не утешал её, кроме сестры. -Будь прокляты те деньги!
И начала она пить по - чёрному, зная, что не увидит сына ещё несколько лет. П поскольку в семье Рыжих все рассудком не крепки, Людка стала заговаривается, и в конце её отправили в психиатрическую больницу в Тамбове.
Вскоре мы узнали, что Людка там выбросилась из окна. Не знаю, как ухитрилась, ведь в таких учреждениях, говорят, на окнах решётках. В село привезли закрытый гроб, и Рыжий брат с сестрой Клавой похоронили несчастную женщину. Несколько дней все обсуждали её горькую судьбу, а потом забыли.
Прошли годы, и Вовка объявился в селе, повзрослевший и похудевший. С ним была светловолосая девушка, говорят, жена. Они наведались на могилу Людки, а потом сели в автобус и больше никогда в наших краях не появлялись. Наверно, к лучшему.
О своих корнях нужно помнить, если они здоровые, а не гнилые, иначе утянут в землю, и не вырвешься, как не вырвалась Людка.